Вып. 24, год 2004

На главную страницу Поиск Оставить комментарий к статье

УПОТРЕБЛЕНИЕ ПСИХОАКТИВНЫХ ВЕЩЕСТВ И ЗДОРОВЬЕ ЛЮДЕЙ


Annals of Internal Medicine 1995; 123: 461–465

Легализация наркотиков, уменьшение вреда и политика в отношении наркотиков

Robert Dupont and Eric Voth
Drug Legalization, Harm Reduction, and Drug Policy
Robert Duрont, Institute for Behavior and Health, Inc. Eric Voth, The International Drug Strategy

В этой статье раскрывается точка зрения сторонников полного запрещения наркотиков, излагается история наркополитики, проводимой в Соединенных Штатах, и выдвигаются аргументы против более мягкой (менее ограничительной) стратегии, которую обычно называют “легализацией наркотиков”, при этом в качестве главного довода против последней рассматривается отрицательный мировой опыт, связанный с такими разрешенными законом психоактивными веществами, как алкоголь и табак. Авторы статьи делают заключение, что достичь успеха может только твердая государственная политика, преследующая цель уменьшения вреда через предотвращение злоупотребления наркотиками.

Современные тенденции в политике Соединенных Штатов по отношению к употреблению психоактивных веществ рассматриваются в контексте истории наркополитики в стране. Ограничительная политика в этой сфере служит средством, сдерживающим потребление таких веществ, и способствует сокращению вызванных ими издержек и социальных проблем. Легализация или декриминализация наркотиков могла бы смягчить некоторые правовые последствия их употребления, однако рост их употребления привел бы к вредным последствиям.

Современные дискуссии по вопросу о том, как достичь успеха в решении проблем, связанных с употреблением наркотиков в США, концентрируются вокруг двух противостоящих друг другу моделей политики [2]. Приверженцы одной из этих концепций, известной под общим названием запрещение (“prohibition”)*, поддерживают расширение мер по их запрету, а также лечебных и профилактических программ. Сторонники противоположной точки зрения, определяемой как “легализация”, настаивают на отмене ограничительной политики в отношении наркотических средств и психотропных веществ, в то же время стремясь сократить вредные последствия, связанные с их немедицинским употреблением [3]. Знание истории наркополитики в Соединенных Штатах позволит рассмотреть предмет дискуссии и позиции ее участников в более полном и объективном контексте.

Предпосылки

История современной политики, направленной на запрещение наркотиков, уходит корнями в XIX столетие, когда фармацевтическая промышленность приступила к разработке и производству мощных и вызывающих привыкание веществ. Одним из них был героин, который в Соединенных Штатах впервые появился в продаже в 1898 году. Эти вещества продавались как самые обычные товары наряду с популярным новым напитком “кока-кола”, в состав которого входил кокаин. В то время врачи свободно выдавали своим пациентам рецепты на препараты, вызывающие привыкание. Так сформировалась довольно многочисленная группа людей с зависимостью от психоактивных веществ, назначаемых в медицинских целях, или “наркоманов по показаниям”. Такие наркотики, как кокаин, первоначально применялись по медицинским показаниям на законных основаниях. Употребление наркотиков быстро распространялось среди населения, приобретая компульсивный характер, сопровождаясь противозаконной деятельностью с целью поддержания такого немедицинского применения и продолжаясь несмотря на явные отрицательные медицинские и социальные последствия.

Этот период беспорядочной продажи и употребления веществ, вызывающих привыкание, закончился в течение первых двух десятилетий XX века новым “общественным договором”**, воплощенным в Законе о контроле над качеством пищевых продуктов и лекарственных препаратов 1906 года [4], который предусматривал обязательное указание состава лекарственных препаратов. Принятый в 1914 году Закон Harrison о наркотиках [5] запретил торговлю наркотическими средствами. Закон Volstead наряду с Восемнадцатой поправкой*, внесенной в Конституцию США в 1919 году, запретил продажу алкоголя.

* “Prohibition” в широком смысле этого слова переводится как “запрещение”, в более узком — как “сухой закон” (запрещение производства и продажи алкогольных напитков). — Ред.

** Общественный договор — философская и юридическая доктрина о возникновении государства и права в результате сознательно заключенного между людьми договора. До того, согласно взглядам многих сторонников данной теории, царила полная анархия, “война всех против всех”, а человек пребывал в “естественном состоянии”, пользуясь “неограниченной личной свободой”. Ею люди “решили поступиться” ради обеспечения своей безопасности, собственности и т. п., возложив ответственность за это на государство. Авторы статьи под “новым общественным договором” подразумевают изменение взглядов на соотношение между обеспечением прав граждан и ограничением их свобод (т. е. отчуждением “естественных прав” человека). — Ред.

В Соединенных Штатах эти законы были частью широкого движения за реформы, которое также ратовало за предоставление права голоса женщинам.

В соответствии с этим новым “общественным договором” вызывающие привыкание препараты стали недоступными, за исключением тех случаев, когда их назначали врачи, но и тогда они применялись исключительно для лечения заболеваний, к числу которых не относили болезненное пристрастие к этим веществам. В 1933 году из списка строго контролируемых или запрещенных веществ был исключен алкоголь. В 1937 году к перечню запрещенных веществ была добавлена марихуана из-за внезапного увеличения числа ее потребителей [6]. Настоящая эпидемия злоупотребления наркотиками началась в последнем десятилетии XIX века с морфина и героина и закончилась в первом десятилетии ХХ века резким подъемом потребления кокаина.

“Общественный договор”, ограничивающий использование психоактивных веществ, принес немалую пользу стране, почти положив конец эпидемии злоупотребления ими. На протяжении первых двух третей ХХ столетия законы США о контроле над оборотом наркотиков служили моделью для аналогичного законодательства многих стран мира. В период с 1920 по 1965 год в Соединенных Штатах резко сократилось потребление вызывающих привыкание психоактивных веществ, которые в конце XIX века использовались свободно и бесконтрольно.

Основательный и стабильный успех этой политики, направленной против злоупотребления психоактивными веществами, усыпил нашу бдительность. Общественные и политические деятели в Соединенных Штатах забыли о трагических последствиях широко распространенного употребления психоактивных веществ. К 1960-м годам в США осталось мало людей, на чьей памяти разразилась та, прежняя, эпидемия наркомании в стране; большинство если и знают о ней, то разве что понаслышке. Строгое запрещение психоактивных веществ, за исключением алкоголя, повсеместно признавалось до тех пор, пока восходящая молодежная культура не включила в спектр своих атрибутов наркотики как один из основных элементов нового образа жизни.

Марихуана, галлюциногены и кокаин получили широко используемое определение “минимально аддиктивные”, или “легкие”, наркотики [7]. Именно на них сконцентрированы призывы к легализации, которые обосновывают бездоказательными утверждениями, что эти наркотики ничуть не хуже алкоголя и табака. В настоящее время известны серьезные проблемы прошлого (да и нынешнего) века — связанные как с ухудшением здоровья, так и с развитием пристрастия к психоактивным веществам, — которые являются следствием употребления кокаина-крэка и марихуаны, а обширные данные исследований по изучению вредных последствий многих наркотических веществ свидетельствуют о том, насколько общество было введено в заблуждение в 1960-х годах [8]. К таким последствиям относятся: развитие наркотической зависимости, дорожно-транспортные травмы, болезни, самоубийства, а также неблагоприятное воздействие самих психоактивных веществ на организм человека [9–16].

Легализация запрещенных наркотиков

В последние годы движение за легализацию наркотиков получило некоторую общественную поддержку; определенную роль тут сыграло то, что его сторонники умело сыграли на отрицательном отношении общественности к “сухому закону”, называя своих противников “прогибиционистами”. В целях настоящего обсуждения мы определяем “prohibition” (запрещение) как ограничительную наркополитику, которая поддерживает законодательные ограничения немедицинского употребления психоактивных веществ, вызывающих болезненное пристрастие, и торговли препаратами, перечисленными в Законе о контролируемых веществах [17].

Легализация наркотиков как предложение по реорганизации общественной политики не является ни простой, ни однозначной концепцией. Например, в наиболее крайней форме она могла бы означать возврат к предоставлению всем людям открытого доступа ко всем наркотикам, как это было в конце XIX века. Частичная легализация наркотиков могла бы предполагать такие изменения политики, как обеспечение доступности запрещенных в настоящее время наркотиков — в форме прекурсоров — для определенных категорий больных. Кроме того, ограниченная легализация может включать в себя организацию поддерживающей терапии для лиц с наркотической зависимостью, пристрастившихся к героину или к другому наркотику, распределение игл и шприцев среди потребителей наркотиков без предъявления требования прекратить прием этих веществ, заметное смягчение руководящих инструкций по вынесению приговоров за преступления, связанные с участием в незаконном обороте наркотиков, и т. п.

* Закон Volstead; назван по имени инициатора — конгрессмена Э.Дж. Волстеда) был принят в октябре 1919 года с целью принудительного проведения в жизнь положений Восемнадцатой поправки о “сухом законе” (вопреки вето президента Вудро Вильсона). Вводил меры контроля за соблюдением запрета на производство, продажу и транспортировку алкогольсодержащих напитков. Вскоре трудности в применении закона на практике вынудили внести в него ряд изменений; после отмены Восемнадцатой поправки он также был упразднен. — Ред.

Таблица 1. Употребление наркотиков в Соединенных Штатах

** Данные отражают употребление в течение последних 30 дней.
Источник: см. ссылку 20.

Большинство сторонников легализации наркотиков игнорируют данные об отрицательном мировом опыте с разрешенными психоактивными веществами — алкоголем и табаком. Между тем данные об алкоголе и табаке подтверждают мнение, что легализация психоактивных веществ способствует значительному росту их употребления и повышению совокупных издержек общества. Эти дополнительные издержки обусловлены главным образом потерями продуктивности, болезнями и смертностью. Ежегодно в США регистрируется 125 тыс. смертей, вызванных употреблением алкоголя, и 420 тыс. связанных с курением табака; в то же время на счет употребления запрещенных наркотиков (всех вместе взятых) относят менее 10 тыс. смертей. В Соединенных Штатах издержки общества, вызванные употреблением алкоголя и табака, составляют, по приблизительным оценкам, соответственно 86 млрд и 65 млрд дол. в год, тогда как ежегодные затраты на полное запрещение употребления незаконных наркотиков (включая расходы на приведение в исполнение законов и содержание заключенных в тюрьмах) — 58 млрд [18, 19]. Если одна из целей наркополитики состоит в том, чтобы сократить ущерб, причиняемый обществу употреблением наркотиков, то в рамках этой стратегии наивысшим приоритетом должны стать алкоголь и табак.

При сравнении количества потребителей запрещенных и разрешенных психоактивных веществ в США, а также при анализе тенденций в динамике показателей за период с 1985 по 1993 год (табл. 1) становится очевидно, что политика, направленная на полное запрещение наркотиков, фактически поддерживала низкие уровни их употребления по сравнению с широко доступными веществами, вызывающими привыкание. Не менее важно и то, что показатели употребления запрещенных наркотиков снижались быстрее, чем показатели употребления разрешенных психоактивных веществ [20].

В период с 1978 по 1992 год был достигнут существенный прогресс в сокращении употребления наркотиков подростками (табл. 2). Этого удалось добиться благодаря использованию в просветительской работе на общегосударственном уровне относительно ясного сообщения, а также с помощью широкомасштабных антинаркотических программ, введенных как в государственном, так и в частном секторах. Однако после 1992 года употребление психоактивных веществ среди подростков возросло и они стали более терпимо относиться к наркотикам [21]. Хотя эти изменения обусловлены многими причинами, здесь несомненно сыграли роль, с одной стороны, сокращение правительственных антинаркотических программ и свертывание соответствующей пропагандистской деятельности средств массовой информации, а с другой — активизация в СМИ кампаний по рекламированию психоактивных веществ.

Уменьшение вреда

Уменьшение вреда, причиняемого употреблением психоактивных веществ, — общая цель всех стратегий в сфере наркополитики. Однако предложения, выдвигаемые в русле так называемых проектов по уменьшению вреда, сводятся к творческому переименованию идеи разрушения законодательных ограничений, направленных против употребления наркотиков и торговли ими. Основные компоненты стратегий по легализации наркотиков формулируются в рамках этой концепции. Основные мотивировки, которыми обосновывают движение по уменьшению вреда, — личный выбор и “безопасные” способы употребления наркотиков [22].

Парадокс состоит в том, что некоторые принимаемые со стороны государства меры по сокращению вреда, связанного с употреблением алкоголя и табака, включают в себя ужесточение законодательства, касающегося управления транспортными средствами в состоянии опьянения, и введение различных ограничений на курение, в том числе запрета на рекламу сигарет [23], тогда как нынешние предложения по уменьшению вреда в общем предусматривают смягчение существующих ограничений на употребление запрещенных наркотиков. Такого рода предложения по уменьшению вреда от психоактивных веществ помимо алкоголя и табака сейчас в основном сосредоточены на таких мерах, как смягчение или отмена уголовной ответственности за преступления, связанные с наркотиками, смягчение руководящих инструкций по назначению выносимых судом наказаний, организация программ заместительной поддерживающей терапии для лиц с зависимостью и программ обмена игл для потребителей инъекционных наркотиков, а также отмена обследования на наркотики, проводимого на рабочем месте [24]. Действенность подобных предложений не установлена.

Таблица 2. Показатели употребления марихуаны в старших классах средних школ США

Источник: см. ссылку 20.

Кроме того, стратегия по уменьшению вреда, как она представлена в ходе текущего обсуждения политики, являет собой попытку смягчить негативные последствия немедицинского использования психоактивных веществ, не сокращая при этом употребление запрещенных наркотиков. Она основывается на предположении о том, что вред, связанный с немедицинским употреблением наркотиков, в большей мере обусловлен общественными инициативами, направленными на прекращение их употребления, чем самим по себе употреблением. К такому вреду причисляют аресты за противозаконное поведение, их правовые последствия и лишение свободы [25]. Сторонники стратегии уменьшения вреда утверждают, что политика, направленная на полное запрещение наркотиков, нацелена против невинных, по сути, наркопотребителей; однако среди заключенных в федеральных тюрьмах США отбывающие срок за преступления, связанные с хранением наркотиков, составляют лишь 2% против 48% осужденных за наркоторговлю. Наряду с явным сдерживающим, отпугивающим эффектом правовых санкций на счет системы уголовного судопроизводства можно отнести и некоторые результаты позитивного характера. Например, 35% лишенных свободы за преступления, связанные с участием в незаконном обороте наркотиков, во время пребывания в тюрьме проходят лечение по поводу наркотической зависимости [26].

В Нидерландах — стране, которая служит международной моделью декриминализации и стратегии уменьшения вредных последствий, — декриминализация сопровождалась повышением уровней преступности и употребления наркотиков. С 1984 по 1992 год здесь употребление каннабиса среди учащихся возросло на 250%. В период между 1988 и 1993 годами количество зарегистрированных лиц с наркотической зависимостью увеличилось на 22%. В ответ на декриминализацию марихуаны за сравнительно короткий срок (с 1991 по 1993 год) количество пристрастившихся к этому наркотику возросло на 30%. Как мы видим и у себя в Соединенных Штатах, негативные последствия употребления наркотиков затрагивают не только наркопотребителей. С тех пор как в Нидерландах была введена толерантная по отношению к наркотикам политика, количество инцидентов, в которых кто-либо пострадал от огнестрельного ранения, возросло на 40%, число ограблений — на 69%, краж автомобилей — на 62% (Gunning KF; личное сообщение).

В Соединенных Штатах в течение короткого времени мы проводили эксперимент с декриминализацией марихуаны. Более толерантная политика по отношению к данному наркотику в тот период привела к статистически значимому увеличению количества обращений в отделения неотложной помощи, связанных с марихуаной (по сравнению c теми метропольными ареалами*, где декриминализация не вводилась) [27].

Текущая (и все еще доминирующая) политика в отношении наркотиков преследует цель сдержать их употребление и по возможности предотвратить связанные с ним вредные последствия, используя правовую систему и другие методы (например, проведение на рабочем месте исследований крови и мочи на содержание наркотиков и последующее лечение зависимости), с тем чтобы сократить немедицинское употребление наркотиков. В противоположность приверженцам стратегий уменьшения вреда или легализации наркотиков, сторонники используемой ныне ограничительной политики подчеркивают, что большинство вредных последствий вызваны именно употреблением наркотиков, а не просто наркополитикой, направленной на их полное запрещение [28].

Эти два лагеря находят некоторые точки соприкосновения, соглашаясь, что необходимы просветительская работа о наркотиках и лечение. Сторонники ограничительной политики учат, как полностью избежать немедицинского употребления наркотиков, а сторонники стратегии уменьшения вреда поддерживают обучение “ответственному употреблению” запрещенных в настоящее время наркотиков. Многие приверженцы этой стратегии признают, что стремятся к окончательной легализации запрещенных наркотиков, особенно марихуаны. Некоторые из них отстаивают эту политику в силу личной заинтересованности, поскольку сами употребляют наркотики, а декриминализация устранила бы довлеющую над ними угрозу применения правовых санкций. Эти лица стремятся манипулировать наркополитикой, чтобы оправдать свое собственное поведение в отношении употребления наркотиков.

Очевидно, что все формы легализации наркотиков, включая стратегию уменьшения вреда, в конечном счете нацелены на смягчение отношения общественности и правительства к немедицинскому употреблению наркотиков и на расширение доступности запрещенных наркотических средств.

Стоимость наркополитики

Сторонники легализации правильно указывают на то, что полное запрещение употребления незаконных в настоящее время наркотиков обходится дорого. Структура издержек, связанных с употреблением разрешенных психоактивных веществ, в сравнении с издержками, вызванными употреблением запрещенных наркотиков, отражена в табл. 3. Из представленных в ней данных также видно, что ограничительная наркополитика смещает центр тяжести издержек с системы здравоохранения и со сферы продуктивной деятельности (потери продуктивности) на систему уголовного судопроизводства.

Дополнение ограничительной наркополитики расширением наркологического лечения, доступного наркозависимым, может быть полезным и экономически эффективным. По результатам исследования, недавно проведенного корпорацией РЭНД [29] (Research+And+

Development – RAND), научно-исследовательским центром в городе Санта-Моника (штат Калифорния), текущие социальные издержки и фактические затраты на меры по контролю, связанные с употреблением одного только кокаина, ежегодно составляют соответственно 13 млрд и 29 млрд дол., т. е. в сумме — 42 млрд дол. В рамках этого исследования было также подсчитано, что чистую стоимость мер по контролю и социальных проблем, связанных с кокаином, можно было бы сократить до 33,9 млрд, поддерживая исполнение существующего у нас на сегодняшний день законодательства и добавив к этому лечение всех лиц с зависимостью от наркотиков. На основании полученных корпорацией РЭНД данных делается заключение, что лечение эффективно сокращает издержки общества не только благодаря снижению спроса на наркотики, но также за счет того, что человек с наркотической зависимостью в течение длительного времени не имеет доступа к наркотикам.

Сторонники ограничительной политики должны признать, что сами по себе меры по запрещению наркотиков не устраняют ни употребление запрещенных психоактивных веществ, ни причиняемые им обществу значительные издержки. Более того, политика, направленная на полное запрещение наркотиков, достигает своих целей при серьезных материальных и моральных издержках, к которым относятся не только расходы на содержание системы уголовного судопроизводства, но и ограничение свободы личного выбора. Никто не может отрицать, что запрещение употребления наркотиков дорого обходится; но поскольку общий уровень употребления психоактивных веществ и совокупные издержки общества снижаются, эта политика стоит того.

Варианты политики в отношении наркотиков

При наличии определенного спектра вариантов, доступных в рамках как легализации, так и полного запрещения наркотиков, важно составить представление об общей картине наркополитики. Для этого мы должны задаться следующими вопросами: эффективно ли полное запрещение употребления определенных психоактивных веществ для снижения социального бремени, или так называемого “вреда”, и является ли ограничительная политика экономически эффективной? Ответить на них поможет анализ двух моделей наркополитики.

Первая модель анализирует жизнь в Соединенных Штатах более ста лет назад — в то время психоактивные вещества, вызывающие привыкание, продавались так же, как зубная паста или конфеты. В конце XIX века американцы, столкнувшись с проблемами, порожденными свободным доступом к таким веществам, сочли подобное положение дел неприемлемым. В контексте сегодняшних дискуссий, развернувшихся вокруг обсуждения наркополитики, следовало бы вспомнить, что запретительные меры проистекали из беспристрастного (а не порожденного интересами какой-либо узкой группы) протеста против серьезных негативных последствий неконтролируемого употребления психоактивных веществ. Другими словами, полное запрещение марихуаны, героина и кокаина не привело к широкому распространению их употребления в Соединенных Штатах; скорее наоборот — широко распространенное употребление этих наркотиков стало причиной их запрещения. Более того, полное запрещение неалкогольных психоактивных веществ способствовало успешному сокращению их употребления и в течение полувека пользовалось практически единодушной поддержкой всех политических кругов в США и во всем мире.

Полное запрещение алкоголя, пока существовал “сухой закон”, также было в значительной мере успешным, если оценивать его результаты с точки зрения охраны общественного здоровья. Например, показатель смертности от цирроза печени снизился с 29,5 случая на 100 тыс. чел. населения в 1911 году до 10,7 в 1929 году. Количество поступлений в государственные психиатрические больницы по поводу алкогольных психозов уменьшилось с 10 случаев на 100 тыс. чел. населения в 1919 году до 4,7 в 1928 [30]. Основная ошибка, которая привела к провалу “сухого закона”, заключалась в том, что он представлял собой попытку перекрыть для населения доступ к алкоголю, после того как в течение многих лет его употребление имело легальный статус, было широко принятым и глубоко укоренилось в укладе жизни всех слоев общества. Запрещенные наркотики в текущий период не имеют такой высокой степени общественного приятия и не являются неотъемлемой частью общественной жизни.

Вторая модель анализа политики в отношении наркотиков предполагает сопоставление издержек, обусловленных психоактивными веществами, которые в настоящее время разрешены для употребления, с издержками, обусловленными запрещенными наркотиками. Имеется в виду сравнение ущерба, наносимого обществу в результате употребления алкоголя и табака (легальных психоактивных веществ) и в результате употребления марихуаны, кокаина, героина и других запрещенных наркотиков. Алкоголь и табак причиняют больше вреда, чем все запрещенные наркотики вместе взятые, поскольку чрезвычайно широко употребляются, а столь широкое употребление объясняется тем, что они узаконены. Как узаконенные вещества, они пользуются боїльшим приятием в обществе, широко рекламируются и всячески превозносятся. Опыт нашей национальной политики в отношении алкоголя и табака не выглядит привлекательной альтернативой полному запрету на употребление наркотиков в том виде, в каком он в настоящее время практикуется в США и других странах.

Поскольку употребление алкоголя и табака так глубоко интегрировалось в жизнь общества, полное запрещение здесь просто нереально. Однако основные меры, принимаемые с целью ограничения употребления — например, полное запрещение их рекламы, высокое налогообложение, ограничение мест для курения, программы по выявлению и наказанию водителей, управляющих транспортным средством в состоянии опьянения, ответственность за качество, безвредность и безопасность продукции со стороны ее производителей и распространителей — вселяют некоторую надежду на уменьшение вреда, причиняемого этими разрешенными психоактивными веществами [24] .

Таблица 3. Экономические издержки, связанные с пристрастием к психоактивным веществам, в Соединенных Штатах в 1990 году

Источник: см. ссылку 17.

Рекомендации

В итоге уместно поставить вопрос: приведет ли легализация ныне запрещенных наркотиков (или снятие ог* Метропольный ареал (metropolitan area), или метрополитенский округ, — принятое в некоторых странах название городских агломераций (формирующихся вокруг крупных городов или в густонаселенных промышленных районах скоплений населенных пунктов, главным образом городских, объединенных в одно целое интенсивными хозяйственными, трудовыми и культурно-бытовыми связями) с прилегающей территорией. — Ред.

раничений на их оборот) к росту количества их потребителей и к увеличению общего ущерба, причиняемого обществу вследствие их употребления? На основании имеющихся на сегодня данных можно утверждать: да, легализация повлекла бы за собой повышение потребления запрещенных в настоящее время наркотиков [4, 21, 28].

Легализация или декриминализация представляет особую опасность для молодежи, чья социальная адаптация и развитие еще не завершены. Этот факт можно продемонстрировать, сравнивая уровень употребления подростками разрешенных в настоящее время психоактивных веществ (алкоголя и табака) с уровнем употребления запрещенных наркотиков. Все эти психоактивные вещества запрещены для подростков, среди которых, однако, гораздо более широко употребляются вещества, разрешенные для взрослых, по сравнению с запрещенными для всех независимо от возраста (табл. 4).

Таблица 4. Распространенность употребления психоактивных веществ в старших классах средних школ США

Источник: см. ссылку 20.

Отмена ограничительных мер — отнюдь не то, что нам сегодня необходимо. Скорее нужно стремиться к проведению твердой государственной политики, направленной на сокращение ущерба вследствие употребления психоактивных веществ путем предотвращения потенциальных вредных последствий (например, посредством разработки и реализации профилактических программ, нацеленных на недопущение употребления наркотиков) и устранения их (например, путем более широкого применения мер по недопущению ввоза и оборота наркотиков и посредством реализации реабилитационных программ) [31–33]. При этом такая политика должна быть ориентирована главным образом на более уязвимых членов сообщества, в особенности на молодежь.

Если те, кто добивается реформы наркополитики, выступая под лозунгом уменьшения вреда от употребления психоактивных веществ, действительно искренни в своих намерениях, то им следовало бы сосредоточить свои усилия на таких разрешенных веществах, как алкоголь и табак, — вот уж где действительно есть потребность в “уменьшении вреда”, — оставив запрещенные ныне наркотики под запретом. Если те, кто подписывается под идеей уменьшения вреда, не сделают шаг вперед — по направлению к предотвращению и устранению вреда, — то совокупные издержки, связанные со всеми формами употребления психоактивных веществ, будут неуклонно возрастать. Ослабление ограничительной политики в отношении употребления запрещенных в настоящее время наркотиков следует рассматривать только в контексте программ, которые для начала смогут продемонстрировать радикальное и устойчивое снижение потребления алкоголя и табака. Подлинное уменьшение вреда предполагает полное запрещение незаконных наркотиков с одновременно проводимой работой по профилактике и лечению наркотической зависимости. Нам не нужны новые эксперименты, чтобы еще раз подтвердить то, о чем нам уже известно из опыта, приобретенного в связи с разрешенными психоактивными веществами — алкоголем и табаком. Эксперименты с ними уже проведены ценой огромных человеческих страданий.

ЛИТЕРАТУРА

1 Текст настоящей статьи взят из Annals of Internal Medicine 1995, 123: 461–465.

2 De Leone G. Some problems with the anti-prohibitionist position on legalization of drugs. J. Addict Dis. 1994, 13: 35–57.

3 US General Accounting Office, General Government Division. Confronting the drug problem-debate persists on enforcement and alternative approaches. GAO/GGD-93-82. Report to the Chairman, Committee on Government Operations, House of Representatives. Washington, DC: United States General Accounting Office, General Government Division, 1993.

4 Pure Food and Drug Act of 1906. Public Law 59: 384.

5 Harrison Narcotics Act. Public Law 63: 47.

6 Musto D.F. The American Disease: Origins of Narcotic Control. New York: Oxford University Press, 1987.

7 Brecher E.M. Licit and Illicit Drugs. Boston: Little, Brown, 1972: 267–306, 335–451.

8 US Department of Health and Human Services. Drug Abuse and Drug Abuse Research: The Third Triennial Report to Congress from the Secretary, Department of Health and Human Services. DHHS Publication no. (ADM) 91–1704. Washington, DC: U.S. Government Printing Office, 1991.

9 Bean A.L., Schwartz R.H. Suicide attempts among adolescent drug users. Am. J. Dis. Child. 1990, 144: 310–314.

10 Rivara F.P., Mueller B.A., Fligner C.L., Luna G., Raisys V.A., Copass M., et al. Drug use in trauma victims. J. Trauma. 1989, 29: 463–470.

11 Soderstrom C.A., Dischinger P.C., Smith G.S., McDuff D.R., Hebei J.R., Gorelick D.A. Psychoactive substance dependence among trauma center patients. JAMA 1992, 267: 2756–2759.

12 Committee on Drug Abuse of the Council on Psychiatric Services. Position statement on psychoactive substance use and dependence: update on marijuana and cocaine. Am. J. Psychiatry 1987, 144: 698–702.

13 Polen M.R., Sidney S., Tekawa I.S., Sadler M., Friedman G.D. Health care use by frequent marijuana smokers who do not smoke tobacco. West J. Med. 1993, 158: 596–601.

14 Nahas G., Latour C. The human toxicity of marijuana. Med. J. Aust. 1992, 156: 495–497.

15 Schwartz R.H. Marijuana: an overview. Pediatr. Clin. North Am. 1987, 34: 305–317.

16 Marijuana: its health hazards and therapeutic potentials. Council on Scientific Affairs. JAMA 1981, 246: 1823–1827.

17 Controlled Substances Act of 1970. 21 U.S.C. 811.

18 Horgan C.M. Institute for Health Policy, Brandeis University. Substance Abuse: The Nation’s Number One Health Problem — Key Indicators for Policy. Princeton, NJ: Robert Wood Johnson Foundation, 1993.

19 U.S. Department of Justice, Bureau of Justice Statistics. The costs of illegal drug use. In: Drugs, Crime, and the Criminal Justice System. NCJ-133652, 126–127. Washington, DC: U.S. Department of Justice, Bureau of Justice Statistics, 1992.

20 National Institute on Drug Abuse. National Household Survey on Drug Abuse: Main Findings. DHHS Publication No. (SMA) 93–1980. Rockville, MD: U.S. Department of Health and Human Services, Substance Abuse and Mental Health Services Administration, Office of Applied Studies, 1993.

21 U.S. Department of Health and Human Services, Public Health Service, National Institutes of Health. National Survey Results on Drug Use from the Monitoring the Future Study 1975–1993. NIH Publication No. 94-3809, Rockville, MD: U.S. Department of Health and Human Services, 1994.

22 Erickson P.G. Prospects of harm reduction for psychostimulants. In: Heather N., ed. Psychoactive Drugs and Harm Reduction: From Faith to Science. London: Whurr, 1993: 196.

23 Gostin L.O., Brandt A.M. Criteria for evaluating a ban on the advertisement of cigarettes. Balancing public health benefits with constitutional burdens. JAMA 1993, 269: 904–909.

24 Nadelman E., Cohen P., Locher U., Stimson G., Wodak A., Drucker E. Position paper on harm reduction. In: The Harm Reduction Approach to Drug Control: International Progress. New York: The Lindesmith Center, 1994.

25 Kleiman M.A. The drug problem and drug policy: what have we learned from the past four years. Testimony to the US Senate Committee of the Judiciary, 29 April, 1999.

26 Maguire K., ed. Sourcebook of Criminal Statistics Bureau of Justice Statistics. Washington, DC: US Department of Justice, 1992: 491.

27 Model K.E. The effect of marijuana decriminalization on hospital emergency room drug episodes: 1975–1978. Journal of the American Statistical Association 1993, 88: 737–747.

28 Kleber H.D. Our current approach to drug abuse-progress, problems. N. Engl. J. Med. 1994, 330: 361–365.

29 Rydell C.P., Everingbam S.S. Controlling Cocaine: Supply Versus Demand Programs. Santa Monica, Cal.: RAND, 1994.

30 Gold M.S. The good news about drugs and alcohol. New York: Villard Books; 1991: 245.

31 Drug abuse in the United States. Strategies for prevention. JAMA 1991, 265: 2102–2107.

32 Romer D. Using mass media to reduce adolescent involvement in drug trafficking. Pediatrics 1994, 93:1073–1077.

33 Voth E. The war on drugs : time to relocate the battlefield? [Letter]. JAMA 1995, 273: 459.


На главную страницу Поиск Оставить комментарий к статье

Copyright © 1998-2005. Обзор современной психиатрии. Все права сохранены.