Вып. 26, год 2005

На главную страницу Поиск Оставить комментарий к статье

ОБЩИЕ ВОПРОСЫ ПСИХИАТРИИ


The British Journal of Psychiatry 2004; 184: 352–356

НЕОБЫЧАЙНО НАСТОЙЧИВЫЕ ЖАЛОБЩИКИ
Grant Lester, Beth Wilson, Lynn Griffin
and Paul E. Mullen
Адрес для корреспонденции: Professor Paul E. Mullen, Thomas Embling Hospital, Locked Bag 10, Fairfield, Victoria 3078, Australia.
E-mail: paul.mullen@dhs.vic.gov.au
Unusually persistent complainants
© 2004 The Royal College of Psychiatrists.
Printed by permission

Институт судебной психиатрии штата Виктория, Управление здравоохранения штата Виктория, кафедра психологической медицины университета Monash, штат Виктория, Австралия.

Предпосылки. Кверулянтная паранойя исчезла из психиатрической литературы, но не процветает ли она сегодня в сфере действия судов и организаций по защите интересов граждан? 
Цели. Изучить случаи, связанные с необычайно настойчивыми людьми, которые затрачивают на жалобы годы собственной жизни и затрудняют работу организаций по защите интересов граждан своими чрезмерными требованиями. 
Метод. Сотрудники организаций по рассмотрению жалоб заполняли опросники в отношении случаев необычайно настойчивых жалобщиков и соответствующих контрольных случаев. 
Результаты
. Настойчивые жалобщики (выделявшиеся тем, что они требовали своего оправдания и наказания виновных) занимали время и отвлекали ресурсы, а также прибегали как к прямым, так и к завуалированным угрозам. Попытки отграничить этих лиц от представителей контрольной группы в зависимости от первоначальных результатов рассмотрения жалоб не увенчались успехом. 
Выводы
. Существующая система рассмотрения жалоб и назначения возмещения ущерба и компенсаций не приспособлена к разбору претензий настойчивых жалобщиков и их требований наказать виновных. Эти жалобщики наносят финансовый и социальный ущерб самим себе и вызывают страх у людей, на которых направлены их жалобы. В исследовании предлагаются методы раннего выявления таких случаев и альтернативные подходы к решению проблем. 
Декларация интересов
: отсутствуют.

Введение

Кверулянты и жалобщики в свое время заслуживали особого внимания среди пациентов с психическими расстройствами (Krafft-Ebing, 1879; Kraepelin, 1904; Kolle, 1931; Kretschmer, 1934; Heydt, 1952). Считалось, что такие состояния занимают пограничную область между бредовыми психозами и фанатической охваченностью психопатических личностей (Jaspers, 1923; Schneider, 1958; McKenna, 1984). Clеїrambault (1942) включал их в группу выделенных им “психозов страсти”, они нашли место в классификациях МКБ и DSM (Pichot, 1982). Хотя отдельные исследования по изучению настойчивых жалобщиков все же проводятся (Rowlands, 1988, Freckelton, 1988; Caduff, 1995), указанная категория расстройств утратила популярность и подвергается критике на том основании, что это приписывание патологии тем людям, которые отстаивают свои права с большой энергией и настойчивостью (Stalstrom, 1980). Понятие кверулянтства утрачивало значение по мере того, как в западной культуре жалобы стали играть важную роль в поддержке социальной справедливости (Douglas, 1992). Кверулянты, учитывая недостаточное внимание к этой категории в настоящее время, часто не распознаются и остаются вне поля зрения специалистов сферы охраны психического здоровья (Ungvari et al, 1997).

Организации по рассмотрению жалоб и суды продолжают иметь дело с массой жалоб, поступающих от небольшой группы необычайно настойчивых людей, которые отвлекают огромные ресурсы. В данном исследовании, посвященном изучению этой группы, авторы пытаются выяснить, похожи ли ее представители на тех, которые описаны в старой литературе о кверулянтах, и есть ли доказательства того, что отношение к их жалобам при первоначальном рассмотрении приводило к такому неблагоприятному развитию событий.

Метод исследования

Изученная группа

Опытные специалисты по рассмотрению жалоб были отобраны из шести представительств уполномоченного по правам человека в Австралии. Эти контролирующие органы рассматривают повторные жалобы в связи с неудовлетворенностью заявителей результатами первоначального рассмотрения своих претензий. Каждый год они имеют дело с тысячами жалоб по широкому кругу вопросов, связанных с деятельностью правительственных органов, деловой и профессиональной деятельностью. Отобранные специалисты по рассмотрению жалоб заполняли опросники в отношении лиц, которых они считали необычайно настойчивыми жалобщиками. Отбирались дела, которые были закрыты. Руководитель каждой организации проверял, чтобы не было дублирования и включения информации, которая позволяла бы идентифицировать конкретного человека. Для каждого случая специалист выбирал в качестве контрольного следующий случай из своего рабочего реестра, при этом чтобы изучаемый был того же пола и приблизительно того же возраста, жалоба направлялась приблизительно по аналогичному вопросу и дело также было закрыто. Аналогичный опросник заполнялся для контрольного случая, за исключением фактов, которые могли послужить идентификации.

Опросник

Опросник составлен на основании консультаций с группой специалистов по рассмотрению жалоб, а также обзора доступной литературы о кверулянтстве (текст опросника можно получить у авторов). Исследование было одобрено Комитетом по этике научных исследований Департамента по гуманитарным вопросам штата Виктория.

Статистический анализ

Точный критерий Фишера (двусторонний) при P < 0,05 использовался вместе с показателем отношения шансов для определения величины изучаемого эффекта, а простой односторонний анализ дисперсии (ANOVA) — для оценки корреляций или объяснения дисперсии.

Результаты

Из 110 разосланных опросников соответствующим образом заполненными возвратились 96 (52 случая из группы настойчивых жалобщиков и 44 случая из контрольной группы). Около трех четвертей (72%) “настойчивой” группы составляли мужчины. Контрольная группа формировалась таким образом, чтобы соответствовать по половому составу основной группе. Однако среди всех клиентов организаций, включенных в исследование, соотношение мужчин и женщин составило 48:52, что свидетельствует о значительном превалировании мужчин в группе настойчивых жалобщиков.

Факторы, определяющие настойчивый характер жалоб

Организации по рассмотрению жалоб работали с группой настойчивых жалобщиков в среднем больше по сравнению с контрольной группой (35 месяцев против 8,3 месяца, Р < 0,01); кроме того, ко времени закрытия дела удалось рассмотреть значительно меньший процент настойчивых жалоб (23% против 87%, Р < 0,01). Между двумя группами не было существенных различий в отношении того, подавалась ли жалоба в письменном виде (группа настойчивых жалобщиков — 81%, контрольная группа — 82%), по телефону (соответственно 90 и 77%) или при личном приеме (соответственно 23 и 23%). Настойчивые жалобщики часто приходили на прием без предварительного согласования (31% против 4,5%, отношение шансов 9,3, 95%-й доверительный интервал 2,0–43,4; Р < 0,01) и поддерживали контакт посредством электронной почты (19% против 4%, отношение шансов 5,0, 95%-й доверительный интервал 1,03–24,2; Р < 0,05) и факса (56% против 32%, отношение шансов 2,7, 95%-й доверительный интервал 1,2–6,2; Р < 0,01). В группе настойчивых жалобщиков 71% использовали три или больше способов коммуникации, в то время как в контрольной группе этот показатель составил 34% (отношение шансов 3,43, 95%-й доверительный интервал 1,47–8,0; Р < 0,01). Настойчивые жалобщики обращались чаще и в течение более длительных периодов времени (табл. 1) и чаще требовали заменить специалиста по рассмотрению жалоб (52% против 9%, отношение шансов 19,4, 95%-й доверительный интервал 4,5–88,8; Р < 0,01).

Таблица 1. Формы подчеркивания важности или методы привлечения внимания к содержанию требований и жалоб, к которым прибегали настойчивые жалобщики (случаи) и участники контрольной группы

Характеристика жалобщиков и их цели

Настойчивые жалобщики и участники контрольной группы приблизительно с одинаковой частотой предъявляли претензии в отношении конкретных потерь и причиненного ущерба в финансовой сфере (71% против 72%; разница статистически незначима), в сфере взаимоотношений (25% против 18%; разница статистически незначима) и в сфере физического функционирования (15% против 5; разница статистически незначима). Настойчивые жалобщики чаще отмечали нанесение вреда их общему социально-экономическому функционированию (35% против 9,5%, отношение шансов 5,3, 95%-й доверительный интервал 1,6–17,2; Р < 0,01), самоуважению (40% против 14%, отношение шансов 4,3, 95%-й доверительный интервал 1,5–11,9; Р < 0,01) и общему состоянию здоровья (44% против 23%, отношение шансов 2,6, 95%-й доверительный интервал 1,0–6,6; Р < 0,05). Специалисты считали, что настоящие жалобщики реже терпели реальные финансовые потери (39% против 59%, отношение шансов 0,5, 95%-й доверительный интервал 0,2–1,01; Р < 0,05) и не отличались по такому показателю, как причинение вреда их здоровью или взаимоотношениям. В целом, по оценкам специалистов, около 31% настойчивых жалобщиков не понесли существенного ущерба по сравнению только с 9% контрольной группы (отношение шансов 2,8, 95%-й доверительный интервал 99–7,98; Р < 0,05).

Компенсации, обычно денежной, часто требовали как настойчивые жалобщики, так и участники контрольной группы (61% против 58%; разница незначима), это же касается требований улучшить обслуживание (42% против 47%; разница незначима). Настойчивые жалобщики несколько чаще требовали признания несправедливого отношения к ним, а также извинений в той или иной форме (67% против 32%, отношение шансов 4,4, 95%-й доверительный интервал 1,9–10,4; Р < 0,01).

Различия в целях этих двух групп становились более понятными, если учитывались аспекты личной мести и возмещения ущерба. Настойчивые жалобщики требовали признания большого социального значения своих жалоб (39% против 9%, отношение шансов 6,3, 95%-й доверительный интервал 1,9–20,1; Р < 0,01) и публичного признания своей борьбы (25% против 0%; Р < 0,01). Требования наказания, обычно в форме увольнения с должности или судебного преследования виновных, чаще звучали в группе настойчивых жалобщиков (43% против 11%, отношение шансов 5,7, 95%-й доверительный интервал 1,9–16,9; Р < 0,01). К более жестким формам наказания, например публичное обличение и унижение, призывали только настойчивые жалобщики (14% против 0%; P < 0,01). Они же чаще требовали справедливости для себя из принципиальных соображений (60% против 18%, отношение шансов 9,98, 95%-й доверительный интервал 3,7–26,8; Р < 0,01) и предоставления возможности высказаться на суде (25% против 4%, отношение шансов 7,0, 95%-й доверительный интервал 1,4–33,0; Р < 0,01). По мнению специалистов, настойчивые жалобщики с течением времени чаще меняли суть и обоснование своих жалоб (31% против 0%; Р < 0,01).

Форма жалоб

В группе настойчивых жалобщиков форма, в которой предъявлялись жалобы, имела значительные индивидуальные отличительные особенности. Они чаще неправильно использовали медицинские и юридические термины: юридические — 42% против 2%, отношение шансов 31,5, 95%-й доверительный интервал 4,03–246 (Р < 0,01), медицинские — 19% против 2%, отношение шансов 10,24, 95%-й доверительный интервал 1,3–83,5 (Р < 0,01). Риторические вопросы, такие как “Должен ли любой здравомыслящий человек терпеть такое отношение?”, чаще отмечались в группе настойчивых жалобщиков (56,7% против 7%, отношение шансов 17,2, 95%-й доверительный интервал 4,7–62,8; Р < 0,01).

Настойчивые жалобщики в рукописных вариантах своих заявлений прибегали к необычным способам, чтобы привлечь внимание к словам (табл. 1). Выделение цветом для подчеркивания важности определенных слов практиковалось в обеих группах, однако в группе настойчивых жалобщиков значительно чаще для этого применялись различные цвета (19,2% против 2,3%, отношение шансов 10,2, 95%-й доверительный интервал 1,3–83,5; Р < 0,01). В этой же группе также чаще использовались более традиционные способы акцентирования, например частое подчеркивание, заключение слов в кавычки и замечания на полях. Три и более подобных вариантов оформления заявлений обнаружены у большинства настойчивых жалобщиков (57% против 11%). По мнению специалистов, письменные заявления настойчивых жалобщиков излишне многословны и труднопонимаемы (95,5% против 17%, отношение шансов 0,01, 95%-й доверительный интервал 0,002–0,049; Р < 0,01), а различные странности в оформлении иногда делали непонятным смысл их заявлений (42% против 2%; Р < 0,01). Последние чаще прилагали к своим письменным жалобам подтверждающие материалы, в том числе копии писем, почти всегда со своими комментариями, и копии подтверждающих документов (35% против 9%; Р < 0,01). И только настойчивые жалобщики прилагали свои положительные характеристики и личные дневники (15,4% против 0%).

Поведение жалобщиков

По мнению специалистов по рассмотрению жалоб, с настойчивыми жалобщиками труднее общаться и они более склонны к угрозам. Интересно, что только в группе настойчивых жалобщиков отмечалось откровенно заискивающее поведение (42% против 0%; Р < 0,01). Угрозы в письменном виде в адрес тех, кто занимался рассмотрением жалоб, звучали только со стороны настойчивых жалобщиков, 17% из них прибегали к прямым угрозам, а 32% — к завуалированным, например “Я знаю, где Вы живете” или “Смотрите, чтобы не потерять своих родных, как я”. Угрозы по телефону или при личном контакте также практиковали исключительно настойчивые жалобщики (52%). Кроме того, только они угрожали покончить с собой, если их жалобы не будут удовлетворены. Откровенно агрессивные (22% против 0%; P < 0,01) и преувеличенно драматические высказывания (77% против 7%, отношение шансов 45,5, 95%-й доверительный интервал 11,9–173,6; Р < 0,01) чаще употреблялись настойчивыми жалобщиками, так же как и излишние повторения (71% против 11%, отношение шансов 19,2, 95%-й доверительный интервал 6,3–58,2; Р < 0,01) Только около 10% настойчивых жалобщиков в беседе могли изложить свои жалобы связно и рационально (10% против 82%, отношение шансов 0,03, 95%-й доверительный интервал 0,00–0,21; Р < 0,01). Специалисты по рассмотрению жалоб, общаясь с настойчивыми жалобщиками, реже ощущали хорошее взаимопонимание или, по меньшей мере, подлинную симпатию (12% против 86%, отношение шансов 0,02, 95%-й доверительный интервал 0,01–0,007; Р < 0,01). Специалисты нередко избегали контактов с такими жалобщиками (48% против 0%; Р < 0,01) и обращались за помощью к своим более опытным коллегам (52% против 2%, отношение шансов 54,2, 95%-й доверительный интервал 6,9–424,0; Р < 0,001). Настойчивые жалобщики чаще обращались в другие инстанции в процессе рассмотрения их жалоб, при этом 77% из них привлекали минимум одну организацию (против 21%; Р < 0,001), а 33% обращались в четыре или более инстанций (против 0%; Р < 0,01).

Первоначальное рассмотрение жалобы

Специалистов по рассмотрению жалоб просили оценить результаты первоначального рассмотрения каждой жалобы. По их мнению, организации или лица, которые первыми получили жалобу, только около половины жалоб в обеих группах (исследуемой и контрольной) изучали адекватно и в полном соответствии с правилами (53% против 46%; различия статистически недостоверны). Необоснованные задержки с рассмотрением жалоб отмечались как в исследуемой, так и в контрольной группе (25% против 30%; различия статистически недостоверны), к жалобщикам из обеих групп иногда относились с нескрываемой враждебностью (8% против 2%; различия статистически недостоверны), полностью отказывали (23% против 18%; различия статистически недостоверны) либо говорили им, что они сами виноваты (8% против 2%; различия статистически недостоверны). В последующем не было выявлено существенных различий в отношении того, насколько часто давались необоснованные обещания по улаживанию конфликта (4% против 2%; различия статистически недостоверны).

Последствия для жалобщиков

Настойчивые жалобщики, по данным анкет, по сравнению с участниками контрольной группы гораздо сильнее вовлекались в бесконечные тяжбы, гораздо реже рассматривали отказ в удовлетворении их требований просто как “досадное событие” (19% против 91%, отношение шансов 0,024, 95%-й доверительный интервал 0,007–0,082; Р < 0,01) и гораздо чаще описывали такие последствия как “катастрофу” (81% против 9%, отношение шансов 42, 95%-й доверительный интервал 12,1–144; Р < 0,01) или даже как “угрозу жизни” (23% против 0%; Р < 0,01). Продолжая добиваться удовлетворения своих требований, настойчивые жалобщики чаще, чем представители контрольной группы, причиняли вред своим отношениям с близкими людьми (31% против 2%, отношение шансов 19,1, 95%-й доверительный интервал 2,4–15,1; Р < 0,01) и своему общественному положению (25% против 0%; Р < 0,01), а также несли серьезные материальные потери (29% против 7%, отношение шансов 5,5, 95%-й доверительный интервал 1,5–20,6; Р < 0,01).

Анализ вариантности

Анализ с использованием системы ANOVA показал, что в 31% случаев повышенную настойчивость жалобщиков можно было прогнозировать по форме изложения жалоб, включая стиль и язык жалоб, характерные с самого начала, а также по объему материалов, которые накапливались по ходу рассмотрения каждой жалобы.

Обсуждение

Необычайно настойчивые жалобщики предъявляли претензии в течение более длительного времени, предоставляли больше материалов в письменном виде, звонили по телефону чаще, занимали при этом больше времени, чаще приходили на прием без предварительной записи и продолжали предъявлять свои жалобы уже после того, когда их рассмотрение было прекращено или они были переданы в другие инстанции. Они отличались от контрольной группы мотивацией, связанной (по меньшей мере, частично) с требованиями своего оправдания и наказания виновных, странной и драматической формой представления своих жалоб, поведением при предъявлении своих жалоб (особенно это касается угроз) и своими потерями, которые они несли в личном и социальном плане в процессе предъявления жалоб.

Требования своего оправдания и наказания виновных

Настойчивые жалобщики преследовали цель — оправдать себя и наказать виновных. Это плохо согласуется с задачами организаций по рассмотрению жалоб и даже судов, которые стараются достичь примирения путем исправления ошибок и компенсации. Такие люди пытаются добиться решений, которые несовместимы с современными подходами к рассмотрению жалоб. Более формальная ориентация жалобщика изначально (подкрепляемая при необходимости и в последующем) в отношении того, могут ли быть удовлетворены все их требования в процессе рассмотрения жалоб, может предотвратить стремление достичь нереалистичных целей.

Форма жалоб

Большое количество жалоб и большой объем материалов, поступающих от настойчивых жалобщиков, можно было предвидеть. Менее предсказуемыми были существенные различия в форме представления жалоб. Стоит упомянуть о необычных способах выделения текста: многочисленные подчеркивания, написания слов заглавными буквами, произвольное использование восклицательных знаков и кавычек, многочисленные примечания. Интересно, что точно к таким же ухищрениям прибегали кверулянты в IXX и в начале XX века (Krafft-Ebing, 1879; Kraepelin, 1904). Выделение слов разноцветными маркерами — это современный вариант, который мы также можем увидеть в клинике у пациентов с кверулянтными тенденциями, некоторые из них используют множество цветов на каждой странице своих многочисленных жалоб. Другими характерными особенностями, описанными в старой литературе, были частое неправильное употребление технических, юридических и медицинских терминов и приложение к жалобам копий писем, юридических документов, личных комментариев и дневников. Эти явные и легко измеряемые количественно общие признаки форм, в которые облекали свои жалобы современные настойчивые жалобщики и кверулянты прошлого, являются сильным аргументом в пользу общности обеих групп. Эти особенности оформления жалоб, представленных в нашем исследовании, объясняют около трети различий, отмеченных в основной и контрольной группах. Поскольку эти особенности обычно заметны с самого начала, их можно считать ранними прогностическими признаками.

Угрозы и причинение вреда

Больше половины настойчивых жалобщиков выбирали своей мишенью специалистов, рассматривавших жалобы: в их адрес звучали различные угрозы или против них совершались насильственные действия. Тревожной тенденцией была также частота угроз совершить самоубийство. Вполне понятна озабоченность многих специалистов, работающих с необычайно настойчивыми жалобщиками, по поводу личной безопасности. Мы предполагали, что группа, которую мы наблюдали в условиях клиники, отличалась от большинства необычайно настойчивых жалобщиков в отношении реализации угроз и насилия. Однако данное исследование показало, что угрозы в большинстве случаев являются элементом кверулянтного поведения. От степени толерантности специалиста по рассмотрению жалоб зависит (по крайней мере, частично), будет или не будет такой человек подвергаться судебному преследованию и направляться на судебно-психиатрическую экспертизу. Опасения, высказывавшиеся при проведении фокус-групп в отношении вреда, причиняемого настойчивыми жалобщиками в социальном и межличностном плане, были подтверждены в нашем исследовании. Эти данные подчеркивают важность мер, которые должны принять организации, занимающиеся рассмотрением жалоб, для эффективной защиты и поддержки сотрудников, которые имеют дело с такими случаями. Необходимо делать все возможное для того, чтобы предотвратить причинение настойчивыми жалобщиками вреда другим людям.

Провоцирование появления настойчивых жалобщиков

В нашем исследовании мы хотели показать, что неадекватное и социально нечувствительное реагирование на ранних этапах рассмотрения жалоб порождает настойчивость и непримиримость в группе настойчивых жалобщиков. Если бы такие провоцирующие факторы удалось выявить, их можно было бы устранить. Невозможность получить прямые доказательства того, что настойчивые жалобщики чаще встречались с неприязненным, отвергающим или осуждающим отношением к ним, можно объяснить тем, что мы получали информацию из вторых рук, которая могла быть неполной. Если бы мы имели возможность непосредственно общаться с жалобщиками с самого начала рассмотрения их жалоб, возможно, картина была бы иной. Эта сфера заслуживает дальнейших исследований.

Оценка риска появления необычайно настойчивых жалоб

Формы поведения, которые отличали настойчивых жалобщиков от участников контрольной группы, почти всегда проявлялись к тому времени, когда их жалобы попадали в контролирующую организацию, хотя выраженность этого поведения часто усиливалась со временем по мере усиления фрустрации и стресса. Даже по результатам предварительного исследования можно было выявить на ранней стадии многих лиц из группы риска в отношении аномально настойчивых жалоб. Однако это выявление бесполезно, если оно не приводит к реакции, которая может уменьшить ущерб для жалобщиков, а также потому, что при отсутствии эффективных вмешательств выявление этих признаков будет способствовать усилению стигматизации. Поэтому на следующей стадии исследования необходимо провести адекватно контролируемые испытания методов работы с жалобами, направленных на предупреждение этих деструктивных форм настойчивого поведения. Один из методов — более активное включение клиентов в процесс рассмотрения жалоб. Другой — активное выявление и попытки оказывать противодействие возникновению нереалистичных и по сути недостижимых целей. Такое исследование могло бы быть полезным при наличии группы специалистов, получивших специальную подготовку по работе с аномально настойчивыми жалобщиками. Общепринятый подход заключается в том, что с трудным клиентом должен работать только один опытный специалист, чтобы избежать непоследовательности и недоразумений. Этот подход, по-видимому, применим при рассмотрении сложных жалоб, но не обязательно необычайно настойчивых: в таких случаях работа группы специалистов, которые могут разделить обязанности и защитить друг друга, чтобы не стать конкретной целью направленного гнева клиента, может быть более эффективной. Эти возможности требуют дальнейшего изучения.

Специалисты психиатрического профиля в течение последних десятилетий отошли от работы с лицами, которых раньше называли кверулянтами, или отодвинуты в сторону. Есть много причин с осторожностью внедрять идеи патологии личности в социальные процессы, такие как предъявление жалоб, однако опрометчиво игнорировать возможность того, что знание и подходы, разработанные в сфере охраны психического здоровья, помогут организациям и отдельным лицам избежать негативных последствий необычайно настойчивых жалоб. Возможно, пришло время возвратить кверулянтство на свое законное место среди форм проблемного поведения, которыми занимаются специалисты, работающие в сфере охраны психического здоровья.

Клиническое значение

· Необычайно настойчивые жалобщики не только причиняют серьезный вред своему социальному и финансовому положению, своими угрозами и назойливостью они также вызывают страх и дистресс у тех, кто пытается помочь им.

· Эти жалобщики кроме компенсации и возмещения требуют своего оправдания и наказания виновных, эти цели несовместимы с современными подходами к рассмотрению жалоб.

· Способы, с помощью которых настойчивые жалобщики выражают свои требования справедливости, и формы представления ими жалоб явно отличаются от способов, применяемых большинством лиц, обращающихся с жалобами, и очень напоминают способы, описанные в классической литературе как характерные для кверулянтного и досаждающего поведения.

Ограничения

· Примененный метод исследования не позволял изучать переживания и психическое состояние жалобщиков, предположения об этом делались на основании наблюдений специалистов по рассмотрению жалоб.

· Исследованием было охвачено только 52 случая и 44 контрольных случая.

· Метод исследования не позволил провести параллели между пребыванием изученных лиц на крайних полюсах континуума жалобщиков и их характеристикой как качественно отличающейся группы.

ЛИТЕРАТУРА

Caduff, F. (1995) Querulanz — ein verschwindendes psychopathologisches Verhaltensmuster? Forschritte der Neurologie Psychiatrie, 63, 504–510.

Clйrambault, G. de (1921) Les psychoses passionelles. Reprinted 1942 in Oeuvres Psychiatriques, pp. 315–322. Paris: Presses Universitaires de France.

Douglas, M. (1992) Risk and Blame: Essays in Cultural Theory. London: Routledge.

Freckelton, I. (1988) Querulent paranoia and the vexatious complainant. International Journal of Law and Psychiatry, 11, 127–143.

Heydt, A. van der (1952) Querulatoische Entwicklungen. Halle: Marhold.

Jaspers, K. (1923) General Psychopathology. Reprinted 1963 (trans. J. Hoenig & M. W. Hamilton). Manchester: Manchester University Press.

Kolle, K. (1931) Ьber Querulanten. Archiv fьr Psychiatrie und Nervenkrankheiten, 95, 24–102.

Kraepelin, E. (1904) Lectures in Clinical Psychiatry (trans. & ed. T. Johnson). London: Bailliиre, Tindall & Cox.

Krafft-Ebing, R. von (1879) Ьber den sogenannten Querulantenwahnsinn. Allgemeine Zeitschrift der Psychiatrie, 35, 395–419.

Kretschmer, E. (1934) A Textbook of Medical Psychology (4th edn) (trans. E. B. Strauss). Oxford: Oxford University Press.

McKenna, P. J. (1984) Disorders with overvalued ideas. British Journal of Psychiatry, 145, 579–585.

Pichot, P. (1982) The diagnosis and classification of mental disorders in French-speaking countries: background, current views and comparison with other nomenclatures. Psychological Medicine, 12, 475–492.

Rowlands, M. W. (1988) Psychiatric and legal aspects of persistent litigation. British Journal of Psychiatry, 153, 317–323.

Schneider, K. (1958) Psychopathic Personalities (9th edn, trans. M. W. Hamilton). London: Cassell.

Stalstrom, O. W. (1980) Querulous paranoia: diagnosis and dissent. Australian and New Zealand Journal of Psychiatry, 14, 145–150.

Ungvari, G., Pang, A. & Wong, C. (1997) Querulous behaviour. Medicine, Science and the Law, 37, 265–270.


На главную страницу Поиск Оставить комментарий к статье

Copyright © 1998-2005. Обзор современной психиатрии. Все права сохранены.