Вып. 28, год 2005

На главную страницу Поиск Оставить комментарий к статье

ОБЩИЕ ВОПРОСЫ ПСИХИАТРИИ


Advances in Psychiatric Treatment 2004; 10: 37–48

Комментарий к статье 
"Новое понимание выздоровления: оно возможно для всех"
Femi Oyebode, профессор и заведующий кафедрой психиатрии, Бирмингемский университет, 
психиатрическая больница имени королевы Елизаветы.
Queen Elizabeth Psychiatric Hospital, Mindelsohn Way, Edgbaston, Birmingham B15 2QZ, UK

Возможно ли, чтобы кто-нибудь был против “выздоровления”? Ведь “выздоровление” по определению, содержащемуся в кратком Оксфордском словаре английского языка, означает

“восстановление или возврат к имевшемуся ранее, обычному или нормальному состоянию или положению в отношении здоровья, благополучия, стабильности и т. п. …излечение от болезней, ран и т. п.” (Brown, 1993).

Из вышесказанного понятно, что “выздоровление” представляет собой позитивно окрашенное и желаемое течение событий. Пока все хорошо. Именно это широко употребляемое слово, веками закрепленное и легко понимаемое, определяет основную тему статьи Roberts и Wolfson (2004, в этом номере). И все же посылки и основные положения этой статьи оставляют некоторое ощущение беспокойства, которое, с одной стороны, очевидно, а с другой — трудноопределимо. Статья правильно определяет истоки необходимости пересмотра концепции термина “выздоровление”, а именно его понимания в медицине. Сюда входят возрастающая и приветствуемая роль равноправия в отношениях “врач–пациент” и желание многих пациентов отрицать негативный подтекст диагноза, а также больше надеяться на себя при определении личных целей и устремлений несмотря на болезнь. Нет сомнения, что негативные ожидания специалистов медицинского профиля могут влиять на исходы. Личные впечатления таких авторов, как Janet Frame (1990), поддерживают такую точку зрения. Более того, соответствует действительности, что объективная и воспроизводимая оценка исходов, которая игнорирует субъективные и личные переживания пациента, характеризует только одну сторону этого явления, а именно ту, которая меньше всего интересует пациентов. Принцип обобщения, свойственный описаниям популяций, может показаться холодным и бездушным и может также отталкивать неспециалистов. И наконец, Roberts и Wolfson описывают принципы, лежащие в основе понятия “выздоровление”, а также принципы функционирования систем помощи, ориентированных на выздоровление. Многие из взглядов авторов можно только приветствовать.

Так почему же я испытываю чувство беспокойства? По сути дела, авторы отстаивают необходимость нового определения термина “выздоровление” с тем, чтобы он перестал означать восстановление здоровья, а касался способности “благополучной жизни при наличии стойкой симптоматики и уязвимости, [что должно открыть] возможности выздоровления для всех” (курсив мой). Авторы развивают свои мысли, приводя факты того, что государства по обе стороны Атлантического океана и в Новой Зеландии приняли изменение парадигмы, можно сказать, что это законодательное утверждение закрепляет и позволяет изменить использование средств языка или, по словам некоторых, дурное обращение с языком. Привлечение административных органов к этому одобрению необычного значения обыкновенного слова, несомненно, показывает, что в данном случае мы имеем дело с политикой здравоохранения, а не с клиническими аспектами.

Звучат и другие возражения по поводу концепции, выдвинутой Roberts и Wolfson. Например, они заявляют, что “благополучие” и “болезнь” можно рассматривать как независимые переменные”. Тогда можно предположить, что были бы приемлемы следующие высказывания: “я чувствую себя очень хорошо, но моя подагра убивает меня” или “я чувствую себя несчастным, я не могу спать, я не вижу смысла в жизни, но мне очень хорошо”. По моему мнению, существует предел, до которого терминология и связанные с ней концепции могут расширяться для того, чтобы соответствовать нашим желаниям отвергать отрицательно окрашенные и эмоционально неприемлемые явления. Но в жизни много болезненного, неприятного, унизительного и просто плохого. Переименовывать все это или отрицать их жестокую реальность, вероятно, не поможет тем, кто от этого страдает. Во всяком случае, мы, как врачи, имеем обязательства перед обществом быть правдивыми, что должно перевешивать желание нравиться всем.

Совершенно прогнозируемым является утверждение, что именно из-за недостатков медицинской модели не все пациенты выздоравливают, или, может быть, даже, что недостаточный уровень выздоровления — это явный провал медицинской модели. Во всяком случае ясно, что обязанность врача состоит в том, чтобы оценить как можно надежнее и правильнее течение и исход того или иного расстройства. Долг врачей состоит также в том, чтобы продолжать работать над совершенствованием имеющихся методов лечения для того, чтобы повысить вероятность выздоровления, и здесь я имею в виду настоящее выздоровление, т. е. возвращение здоровья. Обычно мы не можем говорить о выздоровлении при болезни Альцгеймера, поражениях двигательных нейронов, рассеянном склерозе или болезни Паркинсона до тех пор, пока не получим эмпирических доказательств возможности такого выздоровления. Мне представляется очевидным, что предлагать новое определение термина “выздоровление” для того, чтобы обнадежить, — это давать надежду, построенную на иллюзии. Надежда, даже при самых тяжелых обстоятельствах, возможна и необходима, но она не должна зависеть от иллюзий или основываться на них.

Возвратимся к первому вопросу, поставленному в данном комментарии. Возможно ли, чтобы кто-либо был против “выздоровления”? С точки зрения Roberts и Wolfson это может быть поставленный под удар и консервативный врач. На самом деле беспокойство, которое вызвано настолько радикальным изменением значения термина, не просто связано с консерватизмом или с лежащей в его основе бредовой тревогой. Это связано с тем, что употребление обычных слов в значении, полностью противоположном первоначальному смыслу, чревато тем, что люди отвернутся от группы, предлагающей использовать слова таким образом. Необходимо отметить, что этот феномен характерен не только для сферы психического здоровья. Значения слов меняются, и может случиться, что эти значения станут противоположными первоначальным.

В статье Roberts и Wolfson не вызывает сомнения ее гуманизм и сострадание. Я думаю, что эти чувства разделяют многие, включая медицинских работников, работающих в сфере охраны психического здоровья, и, конечно, сторонники движения за выздоровление. Другими словами, сострадание свойственно не только тем, кто предлагает новое понимание термина “выздоровление”.

ЛИТЕРАТУРА

Brown, L. (ed.) (1993) The New Shorter Oxford English Dictionary. Oxford: Clarendon Press.

Frame, J. (1990) An Autobiography. London: Women’s Press.

Roberts, G. & Wolfson, P. (2004) The rediscovery of recovery: open to all. Advances in Psychiatric Treatment, 10, 37–49


На главную страницу Поиск Оставить комментарий к статье

Copyright © 1998-2006. Обзор современной психиатрии. Все права сохранены.