Вып. 32, год 2007

На главную страницу Поиск Оставить комментарий к статье

ОБЩИЕ ВОПРОСЫ ПСИХИАТРИИ


The British Journal of Psychiatry 2002; 181: 473–480

Этнические различия заключенных
1. Преступность и распространенность психических расстройств
Jeremy Coid, Ann Petruckevitch, Paul Bebbington, Traolach Brugha, Dinesh Bhugra,
Rachel Jenkins, Mike Farrell, Glyn Lewis и Nicola Singleton
Адрес для корреспонденции: Professor Jeremy Coid, Forensic Psychiatry Research Unit, St Bartholomew’s Hospital, William Harvey House, 61 Bartholomew Close, London ECIA 7BE, UK. Tel: 020 7601 8138; fax: 020 7601 7969. Е-mail: J.W.Coid@qmul.ac.uk
Ethnic differences in prisoners
1. Criminality and psychiatric morbidity
© 2002 The Royal College of Psychiatrists. Printed by permission

Предпосылки. В Англии и Уэльсе лица афро-карибского происхождения чаще и попадают в тюрьму, и поступают в режимные больницы. 
Цели.
Определить показатели тюремного заключения в разных этнических группах населения, а также сравнить данные о преступном поведении и распространенности психических расстройств. 
Метод.
Мы изучили данные Министерства внутренних дел обо всех заключенных, которые находились во всех карательных учреждениях Англии и Уэльса в 1997 году, и провели двухэтапное поперечное исследование 3142 индивидов (мужчин и женщин, содержащихся в предварительном заключении и получивших приговор). 
Результаты.
В нашем исследовании подтвердились высокие показатели заключения в тюрьму среди темнокожих и более низкие — среди выходцев из стран Южной Азии. Различные виды совершенных правонарушений и более низкая распространенность психических расстройств наблюдались среди темнокожих заключенных. 
Выводы.
Несмотря на высокий риск заключения в тюрьму индивидов афро-карибского происхождения, психические расстройства среди них встречались реже, чем среди белых заключенных. Это контрастирует с избыточностью индивидов афро-карибского происхождения в режимных больницах, несоответствие, возможно, отчасти обусловлено влиянием этнической принадлежности на процедуры госпитализации.

В Англии и Уэльсе темнокожих мужчин с психическими расстройствами, удерживаемых в режимных судебно-психиатрических учреждениях после преступного, неуправляемого и опасного поведения, в шесть раз больше, чем белых мужчин (Coid et al, 2000). В течение 1999–2000 годов темнокожие индивиды в Соединенном Королевстве подвергались аресту в четыре раза чаще, чем белые или представители других этнических групп (Home Office, 2000). В более раннем исследовании было продемонстрировано, что в 1991 году частота тюремного заключения темнокожих взрослых мужчин в семь раз превышала скорректированную на возраст частоту заключения в тюрьму белых мужчин, при этом была зарегистрирована более высокая частота лишения свободы за изнасилование, грабеж и правонарушения, связанные с наркотиками (Home Office, 1992). Smith (1997) на основании своего обзора пришел к выводу, что “различия в показателях арестов и заключения в тюрьму в значительной степени являются следствием различий в частоте правонарушений в разных этнических группах”. Однако неизвестно, связано ли между собой чрезмерное представительство афрокарибов в режимных психиатрических учреждениях и в тюрьмах, поскольку вклад этнических меньшинств в суммарные высокие показатели распространенности психических расстройств среди заключенных остается неясным. Если на стадии тюремного заключения действует расовое предубеждение, то можно было бы ожидать, что после недопущения в психиатрические службы больше темнокожих индивидов были бы направлены в тюрьму предварительного заключения или для отбывания наказания за менее серьезные правонарушения и что у большего количества темнокожих индивидов было бы психическое расстройство. Мы сравнивали стандартизованные показатели госпитализации в этнических группах, а затем криминальный анамнез и распространенность психических расстройств в этих же этнических группах.

Метод

Представленные в этой статье данные получены из двух источников. Первым было Министерство внутренних дел, предоставившее данные обо всех заключенных в Англии и Уэльсе за 1997 год, соответствующие этнической группе и общие для всего Соединенного Королевства, вторым — результаты исследования распространенности психических расстройств среди заключен- ных в этом же году.

Исследование психических расстройств среди заключенных

План исследования был описан в ранее публиковавшейся статье (Singleton et al, 1998). Все тюрьмы Англии и Уэльса были включены в исследование, а выборки лиц, содержащихся под стражей, представляли все подразделения каждой тюрьмы. Мы стремились получить отдельные показатели для разных типов заключенных: находящихся в предварительном заключении и получивших приговор (мужчин и женщин). Чтобы гарантировать, что индивиды во всех тюрьмах имели одинаковый шанс попасть в выборку, определяли фиксированную выборочную долю, пропорциональную количеству индивидов в каждой тюрьме.

Выборочное исследование основывалось на изучении 61944 заключенных и 131 карательного учреждения в конце июля 1997 года (все возрасты), включая 46872 заключенных мужчин, получивших приговоры, 12302 мужчин, находящихся в тюрьмах предварительного заключения (включая заключенных, содержащихся в тюрьме в порядке исполнения судебного решения по гражданскому делу), и 2770 заключенных женщин. Чтобы получить необходимое количество интервью для каждого типа заключенных, были определены разные доли выборки для каждой группы: один из 34 заключенных мужчин, получивших приговор, один из восьми мужчин, содержащихся в предварительном заключении, и одна из трех женщин-заключенных (находящихся либо в предварительном заключении, либо получивших приговор). В течение последних четырех недель исследования выборочная доля для группы мужчин, содержащихся в заключении после вынесения приговора, изменилась на один из 50, потому что больше таких мужчин, чем ожидалось, было выявлено на раннем этапе полевого исследования. Чтобы гарантировать получение надлежащего количества интервью, осуществлялась замена выбывших (например, перевод или освобождение) вновь прибывшими индивидами, содержащимися в предварительном заключении, но не теми, кто был приговорен к тюремному заключению.

Исследование проводилось в два этапа. На первом этапе первоначальное интервью проводили непрофессионалы: они задавали вопросы и вводили ответы заключенных в ноутбуки. Часть интервью самостоятельно заполняли заключенные, пользующиеся компьютерами, исключая случаи, если индивид не умел читать или было сомнение в том, что он сможет сделать это надежно. На втором этапе интервьюировали каждого пятого из первого — это было контрольное интервью и проводилось оно врачом.

Ответы

На участие в исследовании дали согласие 131 тюремное учреждение, были отобраны 3563 заключенных, с 3142 (88%) проведены интервью на первом этапе. Еще 37 согласились принять участие, но не завершили интервью. Только 198 (6%) человек отказались от участия, 53 (1%) не смогли участвовать (главным образом из-за языковых проблем), кроме того, интервьюеры не смогли вступить в контакт со 118 (3%) заключенными. Интервьюерам рекомендовали не встречаться с 15 заключенными. Хороший показатель ответов отмечался у всех заключенных, ниже 80% — только у 12.

На втором этапе 505 заключенных (76%) из 661, отобранного для контроля, были проинтервьюированы: со 105 (16%) нельзя было установить контакт, поскольку большинство покинули тюрьму, еще 50 (8%) отказались. Средний интервал между интервью на первом и втором этапах составил две недели.

Оценочные инструменты (этап 1)

Лица, не являющиеся профессиональными интервьюерами, применяли вопросники с помощью ноутбуков и выясняли социально-демографические данные, сведения об общем состоянии здоровья, о пользовании службами в тюрьме и до текущего срока тюремного заключения, а также об опыте получения различных видов помощи на протяжении жизни. Распределение невротических расстройств и симптомов устанавливалось с помощью пересмотренной шкалы клинического интервью (Clinical Interview Scale–Revised — CIS–R; Lewis et al, 1992). Вопросник для выявления психоза (Psychosis Screening Questionnaire — PSQ; Bebbington & Nayani, 1995) позволял обнаруживать вероятное наличие психоза. Кроме того, непрофессиональные интервьюеры собирали анамнестические сведения о случаях преднамеренного причинения себе вреда, об основных значимых событиях и о посттравматическом стрессе, трудностях в повседневной жизни, об употреблении алкоголя и других психоактивных веществ, а также проводили ускоренный психологический тест (Ammons & Ammons, 1962). Каждый заключенный сообщал о случаях обвинения в совершении преступления или о судимостях. Анамнестические сведения о судимостях в прошлом также получали из самоотчетов. Кроме того, использовали пересмотренную версию вопросника структурированного клинического интервью (Structured Clinical Interview–Revised — SCID–II) для выявления у испытуемых расстройств личности в соответствии с критериями DSM–IV (First et al, 1997).

Оценочные инструменты (этап 2)

Участников подвыбороки, в которую вошел каждый пятый, интервьюировали врачи, используя схемы клинической оценки в нейропсихиатрии (Schedules for Clinical Assessment in Neuropsychiatry — SCAN; World Health Organization, 1992a) и SCID–II. Схема клинической оценки в нейропсихиатрии — это детально разработанное полуструктурированное клиническое интервью, в котором используются алгоритмы для выявляе-мых симптомов, позволяющие устанавливать диагноз в соответствии с критериями DSM–IV (American Psy- chiatric Association, 1994) и МКБ–10 (World Health Organization, 1992b). Пересмотренная версия вопросника структурированного клинического интервью была выбрана на том основании, что она позволяет раскрывать каждую категорию расстройства личности по очереди и (в рамках каждой категории) критерий каждого компонента оценивается по конкретным вопросам и последующим исследованиям. Пересмотренную версию вопросника структурированного клинического интервью можно обычно заполнить в течение менее 60 минут, это важно для исследования, охватывающего многие расстройства и несколько других тем.

Этническая принадлежность

Испытуемые сами относили себя к одной из девяти этнических групп (Government Statistical Service, 1996). Для анализа полученных в исследовании данных эта классификация была упрощена до четырех категорий: белые, темнокожие (включая темнокожих Карибского бассейна, темнокожих Африки, темнокожих другого происхождения), выходцы из стран Южной Азии (включая Индию, Пакистан, Бангладеш) и другие (все другие категории). Были доступны данные о том, родился ли испытуемый за пределами Соединенного Королевства.

Статистический анализ

Данные анализировали с помощью программ для статистической обработки данных SAS (SAS Institute Inc., Cary, North Carolina, USA). Из Министерства внутренних дел были получены данные обо всех заключенных, содержащихся в карательных учреждениях Англии и Уэльса в 1997 году, в соответствии с возрастом, полом и принадлежностью к этнической группе, а также гражданством Соединенного Королевства. Рассчитывались показатели тюремного заключения по стране в соответствии с возрастом и полом. Их принимали за прогнозируемые показатели тюремного заключения для населения в целом. Затем их учитывали в соответствии с возрастной и гендерной структурой каждой этнической популяционной группы, чтобы рассчитать количество случаев лишения свободы в каждой этнической группе, которое прогнозируется, если использовать национальные показатели. После этого сравнивали фактическое количество случаев лишения свободы с прогнозируемым, чтобы определить стандартизованные коэффициенты тюремного заключения для каждой этнической группы в соответствии с полом.

Метод логистической регрессии позволял с помощью данных исследования смоделировать распространенность разных интересующих результатов у заключенных в зависимости от пола. В качестве независимых переменных учитывали семейное положение, возраст, факт рождения в Соединенном Королевстве, квалификацию, социальный класс и тип заключенного. Отношения шансов (OШ) при 95%-х доверительных интервалах (ДИ) использовали для количественной оценки относительной разности между этническими группами темнокожих и выходцами из стран Южной Азии по сравнению с этнической группой белых, внося поправки на упомянутые независимые переменные.

РЕЗУЛЬТАТЫ

Стандартизованные показатели тюремного заключения, 1997 год

По состоянию на середину 1997 года (июнь) 58752 мужчины и 2772 женщины в возрасте 16–64 лет находились в тюрьмах Англии и Уэльса — как в тюрьмах предварительного заключения, так и после вынесения приговора. Однако 4447 мужчин и 407 женщин были иностранными подданными. В табл. 1 приведены стандартизованные в соответствии с возрастом коэффициенты тюремного заключения для мужчин и женщин каждой этнической группы, скорректированные на британское гражданство. После внесения поправки коэффициент тюремного заключения для темнокожих мужчин оставался выше, чем для белых. Он был несколько ниже для мужчин южно-азиатского происхождения, но выше для смешанной подгруппы других этнических категорий. Аналогично, коэффициент тюремного заключения был выше для темнокожих женщин, чем для белых. И снова он был значительно ниже для женщин южно-азиатского происхождения, но выше для смешанной подгруппы других этнических категорий. В 1997 году количество темнокожих мужчин и женщин в тюрьмах примерно в шесть раз превышало количество белых.

 Таблица 1. Зарегистрированное и прогнозируемое количество правонарушителей, заключенных в тюрьмы Англии и Уэльса в течение 1997 года (повозрастные показатели со стандартизованными коэффициентами тюремного заключения)

Исследуемая выборка

На первом этапе исследования интервью было проведено с 3142 заключенными: 2371 (75%) мужчиной и 771 (25%) женщиной. Среди испытуемых 80% были белые, 13% темнокожие (8% — выходцы из стран Карибского бассейна, 4% — африканцы, 1% — другие темнокожие), 3% — выходцы из стран Южной Азии и 4% — другие. Среди проинтервьюированных заключенных 39 (1%) были иностранными гражданами.

Как видно из табл. 2, существуют заметные различия в демографических характеристиках заключенных — темнокожих и выходцев из стран Южной Азии и белых заключенных. По сравнению с белыми заключенными среди представителей этнической подгруппы темнокожих было больше женщин, одиноких и рожденных не в Соединенном Королевстве, но меньше безработных или живущих до тюремного заключения на средства от преступной деятельности. У них чаще был диплом об образовании. Они не различались по социальному классу, типу заключенного, возрасту и наличию (или отсутствию) детей. По сравнению с белыми заключенными среди выходцев из стран Южной Азии было меньше женщин, безработных, живущих на средства от преступной деятельности до тюремного заключения или имевших детей. Они чаще были рождены не в Соединенном Королевстве и принадлежали к более высокому социальному классу. Отсутствовали различия в семейном положении, уровне образования, типе заключенного и возрасте.

Таблица 2. Результаты изучения распространенности психических расстройств в тюрьмах: сравнение этнических групп темнокожих и выходцев из стран Южной Азии с этнической группой белых по демографическим характеристикам и типу заключенного

1СК — Соединенное Королевство.

2СН — статистически незначимый.

Логистическая регрессия: криминальный анамнез

В табл. 3 приведены сравнительные данные об индексных правонарушениях (т. е. предусматривающих направление в тюрьму предварительного заключения или осуждение) в этнических группах темнокожих и выходцев из стран Южной Азии и в группе белых в зависимости от пола после внесения поправки на возраст, факт рождения в Соединенном Королевстве, тип заключенного, социальный класс, семейное положение и квалификацию. Темнокожие мужчины-заключенные чаще обвинялись за грабеж с насилием или за разбой и за правонарушения с применением огнестрельного оружия или осуждались за их совершение; берглэри* и кража совершались реже. Не выявлено различий в совершении убийств, применении грубого насилия (например, ранения), применении незначительной силы (например, простое, т. е. без отягчающих обстоятельств, нападение, нарушение общественного спокойствия, скандал, драка в общественном месте), совершении грубых сексуальных преступлений (изнасилование и непристойное нападение), в других сексуальных правонарушениях, неправомерном лишении свободы, мошенничестве и подлоге или подделке документа, злоумышленном причинении ущерба, правонарушениях, связанных с наркотиками, приговоре или наказании, отсроченных исполнением, и др. Темнокожие женщины также реже обвинялись в совершении краж или осуждались за совершение их; они чаще совершали правонарушения, связанные с наркотиками. Женщины, выходцы из стран Южной Азии, не различались по каким-либо категориям преступлений; мужчины, выходцы из стран Южной Азии, также не различались, за исключением совершения берглэри и краж. Количество их было слишком мало, чтобы изучить другие правонарушения.

* Берглэри — проникновение в ночное время с преодолением физического препятствия в чужое жилище с умыслом совершить в нем фелонию либо бегство в ночное время с преодолением физического препятствия из чужого жилища, в которое субъект проник с умыслом совершить в нём фелонию или где он совершил фелонию.

Таблица 3. Исследование заключенных: отношения шансов (95%-й ДИ) для эффектов индексных правонарушений среди заключенных — темнокожих и выходцев из стран Южной Азии (по сравнению с белыми заключенными)

Результаты независимых сравнений особенностей преступного поведения и тюремного заключения в прошлом между этническими группами темнокожих, выходцев из стран Южной Азии и белыми приведены в табл. 4. В прошлом темнокожие заключенные мужчины реже имели судимости, особенно за насилие, поджог, берглэри, мошенничество и обман, они также реже совершали побеги из тюрьмы. Темнокожие женщины также реже имели судимости в прошлом, особенно за берглэри, за правонарушения, связанные с наркотиками, за мошенничество и обман или за побег из мест лишения свободы. Заключенные, выходцы из стран Южной Азии, очевидно, схожи с белыми заключенными по большинству категорий преступного поведения в прошлом, хотя меньшее количество выходцев из стран Южной Азии были осуждены за насилие, за берглэри и за побег из мест лишения свободы. После стратификации в соответствии с полом между этническими группами не выявлено различий, когда сравнивали предшествующий опыт тюремного заключения.

Таблица 4. Исследование заключенных: отношения шансов (95%-й ДИ) для эффектов прошлых судимостей и тюремного заключения среди заключенных — темнокожих и выходцев из стран Южной Азии (по сравнению с белыми заключенными)

Тяжелое психическое расстройство, опасное употребление алкоголя и преднамеренное причинение себе вреда

Одномерные анализы тяжелого психического расстройства (шизофрения, бредовое расстройство, аффективный или другой функциональный психоз) проводились с использованием данных SCAN. Между подгруппами темнокожих и белых не было выявлено значимых различий независимо от того, учитывали мужчин и женщин вместе или раздельно.

Из-за небольшого количества участников эти сравнения можно было провести, только объединив оба пола белых и выходцев из стран Южной Азии. Различий между ними не было выявлено.

В табл. 5 раздельно приведены сравнительные данные об этнических подгруппах темнокожих и выходцев из стран Южной Азии и о подгруппе белых с учетом вероятного психоза (на основе PSQ), опасного потребления алкоголя и преднамеренного причинения себе вреда, извлеченные из оценочных инструментов для самостоятельного заполнения испытуемыми. По результатам исследования темнокожие мужчины и женщины реже страдали вероятным психозом, а темнокожие женщины реже страдали посттравматическим стрессовым расстройством. Из табл. 5 также видно, что темнокожие заключенные (и мужчины, и женщины) реже предпринимали суицидальную попытку, причиняли себе вред в текущий период отбывания тюремного срока или потребляли алкоголь в опасной для здоровья форме до тюремного заключения. Мужчины, выходцы из стран Южной Азии, также реже предпринимали суицидальную попытку в прошлом. Между женщинами, выходцами из стран Южной Азии, и белыми женщинами различий не выявлено.

Таблица 5. Исследование заключенных: отношения шансов (95%-й ДИ) для эффектов распространенности психических расстройств по данным самоотчетов среди заключенных — темнокожих и выходцев из стран Южной Азии (по сравнению с белыми заключенными)

Невротические расстройства

Этнические подгруппы сравнивались по частоте невротических симптомов, выявленных с помощью CIS–R. Было обнаружено немного различий. Однако темнокожие мужчины реже сообщали о забывчивости / об утрате концентрации, а мужчины, выходцы из стран Южной Азии, реже, чем белые мужчины, сообщали о раздражительности. Заключенные темнокожие женщины чаще сообщали о том, что их беспокоит соматическое здоровье, и реже о тревоге, чем белые женщины-заключенные. Между подгруппами и темнокожих, и выходцев из стран Южной Азии и белыми заключенными в зависимости от пола не было различий в суммарной оценке невротических симптомов, выявленных с помощью предельного показателя 12 по CIS–R.

Употребление наркотиков

В табл. 6 приведены сравнительные данные об употреблении наркотиков, в том числе инъекционных. Темнокожие заключенные (мужчины и женщины) реже употребляли большинство запрещенных или инъекционных наркотиков по сравнению с белыми заключенными. Однако больше темнокожих заключенных мужчин употребляли каннабис. Между темнокожими и белыми заключенными не выявлено различий в употреблении ими крэк-кокаина. Выходцы из стран Южной Азии незначительно отличались от белых заключенных, за исключением того, что меньшее количество мужчин употребляли амфетамин и инъекционные наркотики.

Таблица 6. Исследование заключенных: отношения шансов (95%-й ДИ) для эффектов наркотической зависимости и инъекционного поведения среди заключенных — темнокожих и выходцев из стран Южной Азии (по сравнению с белыми заключенными)

Расстройства личности

В табл. 7 приведены данные о категориях расстройств личности, полученные по вопроснику SCID–II, у заключенных в этнических подгруппах темнокожих и выходцев из стран Южной Азии (в сравнении с белыми). В целом среди заключенных темнокожих женщин чаще выявляли расстройство личности, чем среди белых женщин, но между другими подгруппами различий не обнаружено. Однако отмечались некоторые различия, имеющие отношение к отдельным категориям расстройства личности.

ОБСУЖДЕНИЕ

Методологические вопросы

Доля испытуемых, отобранных в исследовании из каждой этнической подгруппы, соответствовала цифрам Министерства внутренних дел для Англии и Уэльса за 1997 год. Тем не менее незначительное количество испытуемых в этнических подгруппах (которые не были избыточными) в определенной степени ограничивало исследование. Лучше было бы использовать диагностические данные, основанные на результатах интервью, проводимых врачами, а не самоотчетов, однако логистическую регрессию нельзя было применять на небольшой подвыборке испытуемых, проинтервьюированных врачом. Тем не менее нескорректированные анализы не выявили тенденции к расхождению с данными самоотчетов.

Наблюдавшиеся различия между криминальным анамнезом у представителей различных этнических подгрупп — результат сложных процессов, происходящих внутри системы уголовного судопроизводства: оповещения и выявления преступления полицией, решений службы уголовного преследования выступать в качестве обвинителя, последующих вердиктов в судах и вынесения приговора. Что касается индивидов с психическими расстройствами, выявление их тюремным медицинским персоналом, направление заключенных к другим специалистам и процесс первичного контроля и отбора пациентов специалистами в области охраны психического здоровья — все это влияет на количество заключенных с тяжелым психическим расстройством. Ни один из этих факторов невозможно адекватно проанализировать, используя план одномоментного поперечного исследования.

Таблица 7. Исследование заключенных: отношения шансов (95%-й ДИ) для эффектов расстройств личности среди заключенных — темнокожих и выходцев из стран Южной Азии (по сравнению с белыми заключенными)

Тем не менее вызывает озабоченность то, что показатель тюремного заключения в Англии и Уэльсе все еще заметно выше среди темнокожих мужчин и женщин, чем среди белых. Этот феномен был отмечен в криминологических исследованиях, ранее проводившихся как в Соединенном Королевстве, так и в США (Home Office, 1992; Donziger, 1996; Home Office, 2000). Он не объясняется количеством иностранных граждан в подгруппе заключенных темнокожих. После внесения поправки на этот фактор коэффициенты тюремного заключения несколько возросли для темнокожих мужчин. Однако отмечалось снижение этого коэффициента для темнокожих мужчин при сравнении с результатами исследования, проведенного Министерством внутренних дел в 1992 году. Показатель тюремного заключения среди мужчин, выходцев из стран Южной Азии, был несколько ниже, чем среди белых мужчин, а среди женщин, выходцев из стран Южной Азии, он был на четверть ниже, чем среди белых женщин; эти тренды обычно аналогичны тем, которые наблюдаются при госпитализации в режимные судебно-психиатрические учреждения пациентов, совершивших серьезные правонарушения (Coid et al, 2000), за исключением того, что такие госпитализации среди мужчин с психическими расстройствами, выходцев из стран Южной Азии, отмечались еще реже, чем лишение их свободы.

Криминальный анамнез

Изучение криминального анамнеза представителей этнических подгрупп темнокожих и белых позволило выявить важные различия. Больше темнокожих мужчин были лишены свободы после совершения роббери и правонарушений с применением огнестрельного оружия, но меньше за берглэри и кражу; больше темнокожих женщин — за правонарушения, связанные с наркотиками, но меньше за кражи. Серьезные сексуальные преступления, совершенные темнокожими мужчинами, не были более типичными, что расходится с результатами прежних наблюдений за правонарушителями с психическими расстройствами (Coid et al, 2000) и ранее проводившихся исследований в британских тюрьмах (Smith, 1997). Это свидетельствует о том, что структура сексуальных преступлений или рассмотрение дел темнокожих подсудимых, обвиняемых в сексуальных преступлениях, возможно, со временем изменились. Другие различия частично можно объяснить тем, что судимость за роббери, за применение огнестрельного оружия и определенные правонарушения, связанные с наркотиками, влекут за собой тяжелые наказания, поэтому больше темнокожих обвиняемых отбирают для рассмотрения в Суде Короны, где могут выносить приговоры к более длительным срокам лишения свободы после судимости. Имело значение и то, что, несмотря на отсутствие суммарных различий в прежнем опыте тюремного заключения между этническими подгруппами, больше темнокожих заключенных мужчин и женщин в прошлом не имели судимостей. В этом исследовании невозможно проанализировать еще один вопрос: обходились ли в судах с темнокожими подсудимыми более сурово. Значительный интерес вызывает и то, что по данным криминального анамнеза темнокожие заключенные совершали меньше корыстных преступлений. Это отражено в данных о том, что больше белых заключенных сообщали о жизни на средства от преступной деятельности перед заключением в тюрьму. Более того, совершение большого количества корыстных преступлений часто ассоциируется со злоупотреблением наркотиками, особенно с опиатной зависимостью (Coid et al, 2000), и с антисоциальным расстройством личности — и то и другое чаще наблюдаются у белых заключенных. Наоборот, правонарушения, связанные с наркотиками, среди темнокожих женщин заключались в снабжении и наркоторговле, а не в хранении.

Хотя выходцев из Южной Азии сравнительно редко заключали в тюрьму, структура правонарушений и факторы, имеющие отношение к правонарушениям, очевидно, в значительной степени те же, что и для белых заключенных.

Распространенность психических расстройств

Мы установили, что подгруппы этнических меньшинств не вносили избыточного вклада в высокий уровень психиатрической болезненности в общей популяции заключенных (Singleton et al, 1998). Это не соответствует результатам изучения местных тюрем Англии и Уэльса (Brooke et al, 1996), а также сверхпредставительству афрокарибов, переведенных из тюрьмы в психиатрическую больницу (Banerjee et al, 1995; Bhui et al, 1998). Большее доверие вызывают результаты текущего общенационального исследования. Между выходцами из Южной Азии и белыми обоих полов по любой оценке психопатологической симптоматики выявлено мало различий. Это позволяет предположить, что уровень подвергания факторам риска как преступного поведения, так и развития психического заболевания был очень сходным. Однако более низкие показатели тюремного заключения среди выходцев из Южной Азии должны вызывать вопросы: меньше ли факторов риска преступного поведения воздействуют на выходцев из Южной Азии в общей популяции, особенно на женщин, и действуют ли определенные защитные факторы внутри этой этнической подгруппы.

Однако несмотря на более высокие показатели лишения свободы среди темнокожих мужчин и женщин, у них получены более низкие показатели психопатологической симптоматики по большинству категорий, за исключением расстройства личности. Они не соответствуют данным психиатрических служб Англии и Уэльса. Темнокожие пациенты чаще контактировали с полицией и судебными органами (McGovern & Cope, 1987), лечились в учреждениях интенсивной медицинской помощи, если их принудительно госпитализировали в соответствии с Законом об охране психического здоровья (Moodley & Thornicroft, 1988), осуждались за уголовные преступления (Wessely et al, 1994) и чаще поступали в режимные психиатрические службы (Coid et al, 2000). Эти расхождения в частоте госпитализации в психиатрические больницы объясняются более высокой частотой случаев тяжелого психического расстройства, в первую очередь шизофрении, в подгруппе афрокарибов. В отличие от этого темнокожие заключенные в этом исследовании не продемонстрировали различий в нескорректированных показателях функционального психоза, полученных из интервью SCAN, а по вопроснику PSQ был обнаружен сниженный скорректированный риск вероятного психоза. Следовательно, высокая распространенность функциональных психозов среди заключенных в Англии и Уэльсе (Singleton et al, 1998) не объясняется избыточностью афрокарибов с этим состоянием и заметно контрастирует с ситуацией в психиатрических учреждениях. Требует дополнительного исследования вопрос, действуют ли независимые процессы, которые ведут к непропорциональному количеству афрокарибов с психозом в психиатрических больницах и непропорциональному количеству в тюрьме, несмотря на более низкую распространенность психических расстройств. Этот феномен мог бы быть результатом обычно повышенной тенденции криминализовать афрокарибов в такой степени, которая перевешивает подобную тенденцию заключать в тюрьму индивидов с психическими расстройствами. Более высокая вероятность того, что темнокожих индивидов с психозом идентифицируют и направляют в режимные психиатрические учреждения на ранней стадии, исключая их из юрисдикции уголовных судов, противоречит данным из других источников.

Расстройство личности

Темнокожие обитатели режимных психиатрических больниц гораздо реже, чем белые, имеют первичный диагноз расстройства личности (Coid et al, 1999). В этом могли бы заключаться истинные различия в распространенности расстройств личности в различных этнических группах или последствия клинического отбора сотрудниками, занимающимися первичным контролем и отбором пациентов (Coid et al, 2000). Результаты текущего исследования свидетельствуют о различиях в профиле расстройств личности у темнокожих и белых заключенных мужчин, но не о различии в суммарном показателе. Среди темнокожих заключенных женщин общая распространенность расстройств личности, в основном параноидного, шизоидного и нарциссического, очевидно, выше, чем среди белых.

Если дело обстоит так, почему темнокожие женщины не чаще находятся в режимных психиатрических больницах? Одна возможная причина — среди темнокожих заключенных нет избыточности случаев пограничного и антисоциального расстройств личности — расстройств, чаще всего наблюдавшихся у пациентов в режимных отделениях (Coid et al, 1999). Таким образом, отсутствуют различия в распространенности расстройств личности, которые могли бы объяснить более низкую долю темнокожих индивидов в режимных отделениях. Это чаще объясняется влиянием этнической принадлежности на обращаемость заключенных по поводу лечения или процессом первичного контроля и отбора пациентов, регулирующим доступ к лечению.

Клиническое значение

Среди заключенных отмечается высокая распространенность и широкий спектр психических расстройств.

Персонал тюрем в целом должен быть осведомлен о высокой частоте случаев психических расстройств среди заключенных, принадлежащих к разным этническим группам.

Отсутствуют данные об избыточности случаев психоза среди темнокожих заключенных.

Ограничения

Клинические интервью ограничивались одной пятой выборки.

Анализ главным образом основывался на данных самоотчетов.

По данным самоотчетов, вероятно, происходит гипердиагностика расстройств личности.

Декларация интересов. Нет.

Исследование финансировано Министерством здравоохранения.

ЛИТЕРАТУРА

American Psychiatric Association (1994) Diagnostic and Statistical Manual of Mental Disorders (4th edn) (DSM–IV). Washington, DC: APA.

Ammons, R. B. & Ammons, C. H. (1962) The Quick test: provisional manual. Psychological Reports, 11, 111–161.

Banerjee, S., O’Neill-Byrne, K., Exworthy, T., et al (1995) The Belmarsh Scheme. A prospective study of the transfer of mentally disordered remand prisoners from prison to psychiatric units. British Journal of Psychiatry, 166, 802–805.

Bebbington, P. E. & Nayani, T. (1995) The Psychosis Screening Questionnaire. International Journal of Methods in Psychiatric Research, 5, 11–20.

Bhui, K., Brown, P., Hardie, T., et al (1998) African–Caribbean men remanded to Brixton Prison. Psychiatric and forensic characteristics and outcome of final court appearance. British Journal of Psychiatry, 172, 337–344.

Brooke, D., Taylor, C., Gunn, J., et al (1996) Point prevalence of mental disorder in unconvicted male prisoners in England and Wales. BMJ, 313, 1524–1527.

Coid, J., Kahtan, N., Gault, S., et al (1999) Patients with personality disorder admitted to secure forensic psychiatry services. British Journal of Psychiatry, 175, 528–536.

Coid, J., Kahtan, N., Gault, S., et al (2000) Ethnic differences in admissions to secure forensic psychiatry services. British Journal of Psychiatry, 177, 241–247.

Donziger, S. R. (1996) The Real War on Crime. The Report of the National Criminal Justice Commission. New York: Harper Perennial.

First, M. B., Gibbon, M., Spitzer, R. L., et al (1997) Structured Clinical Interviews for DSM–IV Axis II Personality Disorders. Washington, DC: American Psychiatric Press.

Government Statistical Service (1996) Harmonised Concepts and Questions for Government Social Surveys. London: Office for National Statistics.

Home Office (1992) Race and the Criminal Justice System. London: Home Office.

Home Office (2000) Statistics on Race and the Criminal Justice System. London: Research, Development and Statistics Directorate.

Lewis, R. B., Pelosi, A., Araya, R. C., et al (1992) Measuring psychiatric disorder in the community: a standardised assessment for lay-interviewers. Psychological Medicine, 22, 465–486.

McGovern, D. & Cope, R. (1987) The compulsory detention of males of different ethnic groups, with special reference to offender patients. British Journal of Psychiatry, 150, 505–512.

Moodley, P. & Thornicroft, G. (1988) Ethnic group and compulsory detention. Medicine, Science and the Law, 28, 324–328.

Singleton, N., Meltzer, H., Gatward, R., et al (1998) Psychiatric Morbidity Among Prisoners in England and Wales. London: HMSO.

Smith, D. J. (1997) Ethnic origins, crime and criminal justice. In The Oxford Textbook of Criminology (2nd edn) (eds M. Maguire, R. Morgan & R. Reiner), pp. 703–759. Oxford: Clarendon Press.

Wessely, S. C., Castle, D., Douglas, A. F., et al (1994) The criminal careers of incident cases of schizophrenia. Psychological Medicine, 24, 483–502.

World Health Organization (1992a) SCAN: Schedules for Clinical Assessment in Neuropsychiatry. Geneva: WHO.

World Health Organization (1992b) Tenth Revision of the International Classification of Diseases and Related Health Problems (ICD–10). Geneva: WHO.

Jeremy Coid, MD, FRCPsych, Ann PetruckevitcH, MSc, Department of Psychological Medicine, St Bartholomew’s Hospital, London; Paul Bebbington, PhD, FRCPsych Department of Psychiatry and Behavioural Science, Royal Free and University College Medical School, London; Traolach Brugha, PhD, MRCPsych Department of Psychiatry, University of Leicester, Leicester; Dinesh Bhugra, PhD, FRCPsych and Rachel Jenkins, FRCPsych Institute of Psychiatry, London ; Mike Farrell, MRCPsych South London and Maudsley NHS Trust Addiction Resource Centre, London; Glyn Lewis, PhD Division of Psychiatry, University of Bristol, Bristol; Nicola Singleton, MSc Office for National Statistics, London.


На главную страницу Поиск Оставить комментарий к статье

Copyright © 1998-2007. Обзор современной психиатрии. Все права сохранены.