Вып. 32, год 2007

На главную страницу Поиск Оставить комментарий к статье

ОБЩИЕ ВОПРОСЫ ПСИХАТРИИ


The British Journal of Psychiatry 2006; 188: 534–540

Потребности несовершеннолетних правонарушителей в психиатрической помощи в условиях лишения свободы и в сообществе
Prathiba Chitsabesan, Leo Kroll, Sue Bailey, Cassandra Kenning, Stephanie Sneider, Wendy MacDonald и Louise Theodosiou
Адрес для корреспонденции: Dr P. Chitsabesan, Research Room, Gardner Unit, Bolton, Trafford and Salford Mental Health Trust, Bury New Road, Manchester M25 3BL, UK. Tel: +44 (0)161 773 9121. E-mail: pchitsabesan@yahoo.com
Mental health needs of young offenders in custody and in the community
© 2006 The Royal College of Psychiatrists. Printed by permission

Предпосылки. В научных исследованиях выявлены высокие показатели потребностей у молодых правонарушителей в психиатрической помощи, однако многие исследования были небольшими, сфокусированными на специфических популяциях. 
Цели
. Оценить психиатрические и психологические потребности национальной репрезентативной выборки молодых правонарушителей в Англии и Уэльсе, включая лиц женского пола, а также представителей темнокожих и этнических меньшинств. 
Метод
. Одномоментное поперечное углубленное исследование 301 молодого правонарушителя (150 — в заключении и 150 – в сообществе) проводилось в шести репрезентативных географических регионах Англии и Уэльса. Каждый участник исследования был проинтервьюирован с целью получить демографические данные, оценить психическое состояние, социальные потребности, а также психометрические характеристики. 
Результаты
. Было установлено, что для молодых правонарушителей характерен высокий уровень потребностей в ряде сфер, включая психическое здоровье (31%), образование / работу (36%) и социальные взаимоотношения (48%). У молодых правонарушителей, проживающих в сообществе, значительно больше потребностей, чем у тех, кто находится на попечении в условиях лишения свободы, и эти потребности часто не удовлетворяются. У каждого пятого молодого правонарушителя выявлена нарушенная способность к научению (IQ < 70). 
Выводы
. Потребности молодых правонарушителей были высокими, но часто не удовлетворенными. Это подчеркивает важность структурной оценки потребностей в условиях лишения свободы и в сообществе в сочетании с программным подходом к медицинской помощи, улучшающим непрерывность ее. 
Декларация интересов.
Нет.

Введение

Появляется все больше публикаций об исследованиях потребностей подростков в психиатрической помощи в системе правосудия по делам несовершеннолетних (Teplin et al, 2002). Тем не менее многие из проведенных исследований были небольшими, сфокусированными на тех, кто находится на попечении в условиях лишения свободы, при этом всего несколько из них были посвящены правонарушителям женского пола или представителям групп темнокожих и этнических меньшинств (Lader et al, 2000; Kroll et al, 2002). В течение последних пяти лет в Англии и Уэльсе структура, культура и система обеспечения служб правосудия для молодых правонарушителей в значительной степени изменились. Службы расширились, изменились наказания, акцент сместился в сторону профилактики и лечения (Youth Justice Board, 2004). Несмотря на это отсутствует оценка общенациональных потребностей с использованием как корпоративных, так и индивидуальных методов. Корпоративная оценка потребностей имеет существенное значение для планирования служб и оценки затрат (Harrington et al, 1999). Оценка индивидуальных потребностей способствует координации помощи и оценке риска (Kingdon, 1994).

Судейская коллегия по делам несовершеннолетних поручила провести исследование с целью изучить национальную выборку молодых правонарушителей с использованием методов оценки корпоративных и индивидуальных потребностей. В этой статье мы приводим результаты исследования индивидуальных потребностей. Цель состояла в том, чтобы измерить уровень потребностей несовершеннолетних правонарушителей в психиатрической помощи, социальных связях и образо вании в режимных учреждениях и в сообществе, а также проанализировать различия в потребностях в зависимости от условий, пола и этнической принадлежности.

МЕТОД

Контекст и испытуемые

Исследование индивидуальных потребностей было частью более крупного исследования, проведенного по поручению Судейской коллегии по делам несовершеннолетних в 2002 году с целью оценить эффективность обеспечения психиатрической помощью молодых правонарушителей в условиях лишения свободы и в сообществе. Это крупное исследование включало оценку затрат, связанных с удовлетворением потребностей несовершеннолетних правонарушителей (Barrett et al, 2006), лонгитудинальное динамическое наблюдение за выборкой подопечных режимных учреждений (Youth Justice Board, 2005) и изучение качественных аспектов обеспечения услугами (Youth Justice Board, 2005).

В качестве репрезентативных географических районов по всей Англии и Уэльсу было выбрано шесть мест. В каждой местности было учреждение с режимом изоляции и местная бригада по работе с несовершеннолетними правонарушителями. Учреждения с режимом изоляции включали четыре учреждения закрытого типа для несовершеннолетних правонарушителей и два подчиненных органам местной власти детских дома закрытого типа. Поскольку два детских дома и три из шести бригад по работе с несовершеннолетними правонарушителями оказались небольшими, были включены дополнительные участники (два подчиненных органам местной власти детских дома закрытого типа и три бригады по работе с несовершеннолетними правонарушителями). Они были выбраны из-за их географической близости или из-за того, что напрямую были связаны с первоначально выбранным местом.

В исследование были включены подростки в возрасте от 13 до 18 лет включительно. Выборка состояла из 25 индивидов, постоянно посещавших одну из шести бригад по работе с несовершеннолетними правонарушителями, в то время как в местах лишения свободы набранные 25 индивидов были разделены поровну на тех, кто только поступил в учреждение, и на тех, кто в ближайшее время должен освободиться. В условиях заключения — как предварительного (досудебного и послесудебного разбирательства), так и после вынесения приговора — несовершеннолетние правонарушители отвечали требованиям исследования. К испытуемым, находящимся в сообществе, относились несовершеннолетние правонарушители, получившие последнее предупреждение или подлежащие надзору в сообществе со стороны правоохранительных органов. Мы стремились сформировать дополнительную выборку из несовершеннолетних правонарушителей женского пола и представителей групп темнокожих и этнических меньшинств. Для каждой бригады по работе с несовершеннолетними правонарушителями и в каждом месте лишения свободы мы отобрали по пять несовершеннолетних из группы темнокожих и группы этнических меньшинств, а также по пять несовершеннолетних правонарушителей женского пола с тем, чтобы в итоге набрать 60 несовершеннолетних правонарушителей женского пола и 60 из групп темнокожих и этнических меньшинств сверх 300 молодых правонарушителей (150 — в заключении и
150 — в сообществе).

Соответствующие требованиям исследования несовершеннолетние индивиды, согласившиеся участвовать в нем, были направлены персоналом в местах лишения свободы и в сообществе к ассистентам исследователей. Затем их информировали об исследовании, и один из трех интервьюеров получил их согласие. В тех случаях, когда подростки не были правомочны дать письменное согласие, согласие получали от их родителей или опекунов. Этическое одобрение было получено от Северо-западного этического комитета по многоцентровым исследованиям.

Показатели

В предыдущих исследованиях с участием несовершеннолетних правонарушителей в качестве показателя проблем с психическим здоровьем часто использовался психиатрический диагноз, однако эта методика имеет определенные ограничения: например, распространенность расстройства не обязательно соответствует уровню необходимых видов помощи (Harrington et al, 1999). Последняя подвержена влиянию различных факторов, включая доступность эффективного вмешательства и готовность согласиться на его применение. Поэтому оценка потребностей все больше считается наиболее полезным показателем проблем со здоровьем у детей и взрослых, в том числе и у несовершеннолетних правонарушителей. Солфордская схема оценки потребностей у подростков (Salford Needs Assessment Schedule for Adolescents — SNASA; Kroll et al, 1999) представляет собой полуструктурированное интервью, специально разработанное для исследований с участием подростков, которое позволяет оценить хорошо подобранные психометрические свойства (Kroll et al, 1999). В дополнение к психопатологическим симптомам SNASA охватывает некоторые другие потребности, включая социальные и связанные с получением образования. По каждой сфере интервьюер собирает информацию о степени тяжести симптомов (по пятибалльной шкале), о готовности клиента сотрудничать (трехбалльная шкала), об особенностях восприятия клиентом проблемы (трехбалльная шкала) и стресса у куратора испытуемого (четырехбалльная шкала). Кроме того, этот инструмент позволяет исследователю получить информацию о вмешательствах, которые были недавно предложены или не предложены. На основе этой информации SNASA позволяет выявить потребности. Потребность определяется как значимая проблема, требующая определенного вмешательства и автоматически идентифицируемая программой, если превышен порог в одной сфере (критерий тяжести) или в комбинации сфер.

На заключительной стадии применения SNASA опытные врачи (детские психиатры) высказывают свое мнение, основываясь на доступной информации о подростке, полученной как от него самого, так и от лица, опекающего его. Определяется окончательный статус потребностей: “отсутствие потребности”, “неудовлетворенная потребность” (при потребности во вмешательстве, которое не было применено), “отсроченная потребность” (вмешательство предложено недавно, однако еще слишком рано оценивать его эффективность) или “потребность сохраняется несмотря на вмешательство”.

Различные сферы потребностей описаны в разделе “Результаты”. Надежность оценок, проводимых как интервьюерами, так и врачами, обеспечивалась за счет частых встреч интервьюеров и врачей с тем, чтобы согласовать процедуру подсчета. Также оценивался процент парного согласия между интервьюерами (81–87%) и врачами (85–91%) по отдельным случаям.

Детали о преступном поведении были получены из отчетов самих подростков. Из психометрических методик использовали сокращенную схему интервью Weschler (WASI; Psychological Corporation, 1999) и шкалу Weschler для объективной количественной оценки чтения (WORD; Psychological Corporation, 1992). С сотрудниками, работавшими с несовершеннолетними правонарушителями, и с ключевыми специалистами или с охранниками, которые лично знали подростков, также проводилось интервью для получения дополнительной информации.

Статистический анализ

Для анализа данных использовали пакет программ обработки статистических данных для социальных наук (версия 10 для Windows). Общие уровни потребностей и основных проблем были параметрическими при их распределении, впоследствии были использованы двусторонние t-критерии и дисперсионный анализ для оценки корреляции различных переменных с ними. Основные проблемы (существующие или отсутствующие) как в широких, так и в отдельных сферах были категориальными переменными, затем для оценки корреляции их с другими переменными был применен c-квадратичный анализ.

Расчеты показали, что при количестве испытуемых 150 человек исследование могло бы иметь 80%-й шанс выявления величины эффекта в 0,3 между группами, находящимися в сообществе и в местах лишения свободы, при использовании SNASA. Для того чтобы обнаружить величину эффекта в 0,5 между несовершеннолетними правонарушителями разного пола (мужского против женского) и разных этнических групп (белые британцы против темнокожих и представителей этнических меньшинств), по нашим оценкам, необходимо было иметь выборку из 64 правонарушителей женского пола и 64 несовершеннолетних правонарушителей из групп темнокожих и этнических меньшинств (Machin & Campbell, 1987). Статистическая значимость различий была рассчитана с использованием 95%-го доверительного интервала (Gardner & Altman, 1989).

Исследуемая выборка

В местах лишения свободы 162 подростка соответствовали требованиям исследования. Согласие дали 150 из них. Остальные 11 отказались участвовать в исследовании. В условиях сообщества из 173 подростков было проинтервьюировано 150. Остальные 23 либо отказались, либо постоянно не являлись на интервью в назначенное время. Таким образом, было проинтервьюировано 300 несовершеннолетних правонарушителей с применением схемы SNASA и заранее составленной формы для регистрации демографических характеристик, а также 174 обслуживающих сотрудников с использованием схемы SNASA. С остальными сотрудниками интервью не проводились из-за их недоступности. Оценки с использованием сокращенной схемы интервью Weschler и шкалы Weschler для объективной количественной оценки чтения были завершены соответственно у 257 и 259 подростков.

Демографические характеристики

Характеристики участников исследования приведены в табл. 1. Средний возраст участников выборки составил 15,7 года (s.d. = 1,3, размах 13–18). Свыше трех четвертей выборки составили мальчики (77%). Большинство несовершеннолетних правонарушителей считали себя белыми британцами (83%). Хотя в исследовании участвовала дополнительная выборка несовершеннолетних правонарушителей из числа темнокожих и представителей этнических меньшинств, эти цифры были сходными с полученными в системе правосудия по делам несовершеннолетних (Youth Justice Board Conference, 2004). Три четверти (74%) несовершеннолетних правонарушителей были из распавшихся семей, при этом только у 36% биологические родители оставались в браке или сожительствовали. Треть (37%) находились в детских домах в течение некоторого времени, у 77% родители занимались физическим трудом. Из испытуемых младше 16 лет, которым законом было предписано обучение (n = 209), 89% проходили обучение в той или иной форме, хотя только 16% подростков занимались в обычной школе. У каждого пятого выявлен IQ < 70 (n = 60), таким образом, они соответствовали критериям нарушенной способности к научению, и почти у каждого третьего диагностировалась пограничная умственная отсталость (табл. 1). Средний полный показатель IQ — 78,8 балла (s.d. = 12,7, размах 53–123), при этом средний показатель устной речи составил 74,8, а средний показатель работоспособности — 87,4 балла. Средний возраст умеющих читать составил 11,3 года (s.d. = 3,3, размах 6–17). Это значительно ниже (Р = 0,015) календарного (хронологического) возраста (15,7 года).

Испытуемые из группы лишенных свободы провели в заключении в среднем 3,9 месяца (s.d. = 3,6, размах 0,03–18). В отношении предыдущих судимостей: 265 несовершеннолетних правонарушителей были ранее приговорены к лишению свободы, тогда как 39% были под надзором правоохранительных органов в сообществе. Эти подростки совершили в среднем 41,7 правонарушения (s.d. = 93,1, размах 1–578); сюда вошли как признание виновным, так и оправдательный приговор. Несколько правонарушителей были ответственны за большинство совершенных преступлений (среднее 42, медиана 9).

В табл. 2 проанализированы различия между выборками испытуемых, лишенных свободы и проживающих в сообществе. Те, кто находился в местах лишения свободы, значительно чаще в прошлом были приговорены к тюремному заключению и надзору в сообществе со стороны правоохранительных органов. В этой выборке также выявлено значительно большее процентное соотношение несовершеннолетних правонарушителей из числа темнокожих и представителей этнических меньшинств. Эти данные были опубликованы ранее (Home Office, 1992).

Таблица 1. Характеристики испытуемых

 

Рис 1. Потребности несовершеннолетних правонарушителей в разных сферах: неудовлетворенные потребности, отсроченные потребности и стойкие потребности несмотря на вмешательства (СПВ)

 Потребности

На рис. 1 показано процентное соотношение несовершеннолетних правонарушителей — находящихся в заключении и проживающих в сообществе — с потребностями в пяти разных сферах: психическое здоровье (депрессия, тревога, посттравматический стресс, психоз, самоповреждения и гиперактивность); образование (посещаемость занятий, успеваемость и занятость индивидов в возрасте старше 16 лет в рабочие дни); рискованное поведение (неадекватное сексуальное поведение, злоупотребление алкоголем и наркотиками); агрессивное поведение (агрессия по отношению к другим людям и к собственности); взаимоотношения (со сверстниками и с членами семьи). Почти треть несовершеннолетних правонарушителей имели проблемы, связанные с психическим здоровьем (31%), тогда как у 29% потребности были вызваны некоторыми формами рискованного поведения. Примерно каждый третий несовершеннолетний правонарушитель испытывал потребности, связанные с работой или обучением (36%), или потребности, обусловленные агрессией по отношению к другим людям и к собственности (35%). Значимые потребности во взаимоотношениях со сверстниками и с членами семьи были выявлены почти у половины исследуемой выборки (48%).

Таблица 2. Различия между группами “тюремное заключение” и “проживающие в сообществе”

Психическое здоровье

В табл. 3 отражены разные типы потребностей выборки (неудовлетворенные, отсроченные и стойкие потребности несмотря на вмешательства). Со стороны психического здоровья почти у каждого пятого подростка были серьезные депрессивные симптомы, каждый десятый сообщал о тревоге или о симптомах посттравматического стресса. О нанесении самоповреждений сообщал почти каждый десятый из несовершеннолетних правонарушителей.

Рискованное и агрессивное поведение

Относительно рискованного и агрессивного поведения ситуация такова: у 11% несовершеннолетних правонарушителей отмечались алкогольные проблемы и у 20% проблемы, связанные с употреблением наркотиков. У каждого четвертого и у каждого пятого были обнаружены проблемы, связанные с агрессивным поведением соответственно в отношении людей и имущества.

Учеба и взаимоотношения

Были обнаружены также существенные трудности в социальных связях: у 29% несовершеннолетних правонарушителей отмечались проблемы в семейных взаимоотношениях и у 35% во взаимоотношениях со сверстниками. Потребности, связанные с учебой, с плохой посещаемостью и успеваемостью (у испытуемых младше 16 лет) были выявлены соответственно у 17 и 19% несовершеннолетних правонарушителей. Испытуемые старше 16 лет успевали не намного лучше, при этом потребности в образовании и работе были обнаружены у каждого десятого интервьюируемого.

Неудовлетворенные потребности и рекомендованные вмешательства

В табл. 3 отражен уровень неудовлетворенных потребностей в отельных сферах по SNASA. Немногим испытуемым было проведено какое-либо вмешательство в связи с их проблемами. Например, при неадекватном сексуальном поведении ни одному правонарушителю не было применено какое-либо вмешательство, хотя у них и были выявлены эти проблемы. Таким образом, показатель неудовлетворенных потребностей оказался очень высоким. Чаще всего по результатам интервью с использованием SNASA рекомендовалась оценка проблем у испытуемого (предпоследняя колонка в табл. 3). Оценка — первое вмешательство, которое предлагается для изучения проблем в большинстве сфер. После ее выполнения врачи выбирают другие вмешательства из набора возможных. Другим наиболее часто рекомендованным вмешательством (последняя колонка) было либо обучение, либо когнитивно-поведенческая психотерапия.

Таблица 3. Потребности и рекомендованные вмешательства по Солфордской шкале для оценки потребностей у подростков

Межгрупповые различия

Пол

Несмотря на то, что правонарушители женского пола имели больше потребностей, чем правонарушители мужского пола, разница была незначимой (табл. 4). Единственной сферой, в которой продемонстрированы значимые различия, было психическое здоровье, в частности депрессия, самоповреждения и посттравматический стресс (табл. 6). Подобные результаты были получены и в других исследованиях (Timmons-Mitchell et al, 1997).

Этническая принадлежность

У несовершеннолетних правонарушителей — британцев по происхождению — больше потребностей, чем у темнокожих и представителей этнических меньшинств, хотя эта разница не была значимой (табл. 4). Поскольку темнокожих и представителей этнических меньшинств было немного, для проведения статистического анализа их объединили в одну группу. Между этими двумя группами отмечено значимое различие в потребностях в обучении, поскольку белые несовершеннолетние правонарушители-британцы имели значимо больше потребностей (табл. 5). Причины этого неясны и могут быть связаны с различиями в культуральных установках и социально-экономических характеристиках. Значимые различия между двумя группами были обнаружены в уровне рискованного поведения (табл. 5). Однако из-за небольшого количества темнокожих и представителей этнических меньшинств становился невозможным дальнейший анализ. Мы также установили, что у несовершеннолетних правонарушителей — из числа темнокожих и представителей этнических меньшинств — было значимо больше симптомов посттравматического стрессового расстройства, чем у белых британцев (табл. 6). Это может быть следствием большего количества беженцев или ищущих политического убежища среди темнокожих и представителей этнических меньшинств. Поскольку мы во время исследования не собирали такую информацию, было невозможно проверить это предположение.

Таблица 4. Корреляты общих уровней потребностей

Таблица 5. Корреляты потребностей в психиатрической помощи

Таблица 6. Корреляты потребностей в разных сферах

Место пребывания

У несовершеннолетних правонарушителей, проживающих в сообществе, значимо больше потребностей, чем у тех, кто находится в заключении (см. табл. 4), в отношении образования, рискованного поведения и взаимоотношений (см. табл. 5). Не было обнаружено значимой разницы между несовершеннолетними правонарушителями, находящимися в местах лишения свободы и в сообществе, относительно психического здоровья. Тем не менее установлено, что несовершеннолетние правонарушители, проживающие в сообществе, имели значительно больше потребностей, связанных со злоупотреблением алкоголем и наркотиками, чем те, которые находились в местах лишения свободы (табл. 6). Это может быть следствием ограничения доступа к этим веществам у правонарушителей, пока они находятся в заключении.

ОБСУЖДЕНИЕ

Проведенное исследование позволило получить ряд важных результатов. Во-первых, это высокий уровень потребностей, связанных с психическим здоровьем, образованием и социальной сферой, в этой выборке правонарушителей. Это согласуется с результатами других исследований, в которых выявлены психологические проблемы в этой группе (Kroll et al, 2002; Teplin et al, 2002). Однако потребности, связанные с образованием, оказались более низкими, чем в опубликованных ранее исследованиях (Kroll et al, 2002). Во-вторых, у несовершеннолетних правонарушителей, проживающих в сообществе, значимо больше потребностей, чем у тех, кто находится в заключении, в таких сферах, как образование, рискованное поведение и социальные взаимоотношения. Само пребывание в местах лишения свободы может удовлетворять некоторые потребности правонарушителей, обеспечивая предписанное законом образование, особенно для лиц младше 16 лет, а также ограничивая доступ к алкоголю и наркотикам. Интенсивный надзор также оставляет меньше возможностей для возникновения трудностей в общении со сверстниками. Однако неясно, насколько устойчиво это ограничение в потребностях после того, как молодые осужденные покидают места лишения свободы. Ранее мы описывали результаты длительного катамнестического исследования, в котором изучали, как меняются со временем потребности несовершеннолетних правонарушителей в заключении (Youth Justice Board, 2005): после освобождения в сообщество возрастают потребности в отношении злоупотребления алкоголем и наркотиками, а также в социальных взаимоотношениях (со сверстниками и родственниками). Отсутствовали изменения в потребностях, связанных с психическим здоровьем. Это позволяет утверждать, что потребности временно ниже, пока несовершеннолетние правонарушители находятся в местах лишения свободы, и они снова возрастают после освобождения. Эти результаты согласуются с результатами другого катамнестического исследования (Harrington et al, 2004).

В-третьих, во многих проблемных сферах потребности не были удовлетворены, при этом в отношении только нескольких правонарушителей были применены вмешательства, направленные на решение их проблем. Это касалось не только психического здоровья, но и образования, социальных и связанных с агрессией потребностей. Наиболее часто рекомендованным вмешательством в отношении многих сфер по SNASA была необходимость оценки. И наконец, в этом исследовании был обнаружен высокий показатель случаев нарушенной способности к научению, равно как и в проведенных ранее исследованиях (Henry & Moffitt, 1997; Kroll et al, 2002). Это существенно влияет на возможности обучения подобных подростков.

Ограничения исследования

Необходимо рассмотреть ряд ограничений, свойственных этому исследованию. Во-первых, в своей заключительной оценке SNASA предусматривает получение информации как от клиентов, так и от обслуживающих их лиц, хотя можно обойтись и без информации от последних. Только менее чем в половине случаев информант (опекающее лицо) был недоступен для интервью. Возможно, что это привело к более низким показателям потребностей в связи с тем, что испытуемые сообщали не обо всех имеющихся у них симптомах, в особенности связанных с употреблением алкоголя и наркотиков. Кроме того, 15% участников нашей выборки отказались завершить психометрическое обследование, часто из-за утомительности интервью. Во-вторых, хотя в исследовании и стремились сформировать дополнительную выборку из темнокожих и представителей этнических меньшинств, их количество было слишком маленьким для независимого анализа, поэтому необходимо было объединение групп. Как следствие, возможно маскирование различий между отдельными этническими группами. И наконец, поскольку выборка была ограничена подростками из Англии и Уэльса, наши результаты не обязательно отражают потребности несовершеннолетних правонарушителей в других странах.

КЛИНИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ

Оценка психического статуса и содействие укреплению психического здоровья среди подростков в системе правосудия по делам несовершеннолетних являются важными составляющими оказания эффективной помощи в пределах этой системы (Callaghan et al, 2003). В пределах системы правосудия по делам несовершеннолетних скрининговая программа по оценке состояния психического здоровья была применена в Англии и Уэльсе в ноябре 2003 года, в конце этого исследования. На практике эта программа была запущена в бригадах по работе с несовершеннолетними правонарушителями, но не в учреждениях с режимом изоляции. Тем не менее отсутствие скрининга не может быть единственной причиной высокого уровня неудовлетворенных потребностей. К другим проблемам, выявленным во время проведения интервью с лицами, опекающими правонарушителей, относились плохой доступ к различным видам помощи и трудности вовлечения молодых людей в лечение. Интервьюируемые считали, что оказание психиатрической помощи по всей стране варьировалось и часто зависело от ситуации на местах, в частности отсутствие ресурсов и финансирования было главным препятствием для обеспечения помощью.

Что касается образования, то обучение молодых правонарушителей в местах лишения свободы было организовано вполне приемлемо в отличие от ситуации в сообществе, особенно среди тех, кто младше 16 лет, для которых возможности использования вспомогательных форм обучения были ограниченными. Внедрение таких агентств, как Connexions (http://www.connexions.gov.uk), стало полезным ресурсом для молодых людей, предпочитавших профессиональную подготовку и обучение на производстве, а не обычное общее образование. Учитывая высокий показатель случаев нарушенной способности к научению, выявленный в этом и предыдущих исследованиях, необходимо разработать адаптированные к индивидуальным потребностям и способностям образовательные программы, особенно для индивидов младше 16 лет. Важно обратить внимание на проблемы обеспечения образовательными услугами несовершеннолетних правонарушителей с нарушенной способностью к научению, поскольку они могут составить особенно уязвимую группу.

Это одномоментное поперечное углубленное исследование было частью более крупного исследования по изучению уровня оказания услуг молодым правонарушителям в системе правосудия по делам несовершеннолетних и их преемственности, по мере того как они перемещались из мест лишения свободы в сообщество (Youth Justice Board, 2005). В этом и предыдущих исследованиях обнаружены проблемы, касающиеся преемственности медицинской помощи подросткам в системе криминального правосудия для несовершеннолетних. Полученные результаты подтверждают рекомендацию внедрять программный подход к оказанию медицинской помощи детям и подросткам с комплексными потребностями (Youth Justice Board, 2005).

Наряду с высоким уровнем потребностей, затраты на несовершеннолетних правонарушителей ложатся тяжелым бременем на государственные службы. Однако глубина этой проблемы в национальном масштабе неизвестна. Во второй части этого исследования оцениваются затраты, связанные с обеспечением несовершеннолетних правонарушителей, для системы криминального правосудия и других служб (здравоохранения, социальных служб и добровольческого сектора), а также изучаются взаимосвязи между потребностями, пользованием службами и затратами (Barrett et al, 2006).

Будущие исследования

В будущем необходимо проводить исследования, чтобы глубже понять потребности правонарушителей женского пола и темнокожих, а также представителей этнических меньшинств. Проведение исследования в этой области было сложной задачей, учитывая быстро меняющийся контекст системы уголовного судопроизводства и национального здравоохранения (Department of Health, 2004). Темп этих изменений, очевидно, не замедляется, при этом постоянно появляются новые инициативы. Именно поэтому важно, чтобы будущие исследователи продолжали идти в ногу с этой быстро меняющейся окружающей обстановкой и понимали контекст, в котором эти изменения происходят.

КЛИНИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ

Потребности несовершеннолетних правонарушителей высокие, но часто не удовлетворяются; рекомендуется программа структурированной оценки потребностей индивидов в местах лишения свободы и в сообществе.

Чтобы повысить преемственность помощи этой категории людей с комплексными потребностями, рекомендуется использовать программный подход к оказанию помощи.

Поскольку число несовершеннолетних правонарушителей с нарушенной способностью к научению велико, необходимо пересмотреть систему их образования.

ОГРАНИЧЕНИЯ

Данные из интервью с лицами, опекающими несовершеннолетних правонарушителей, а также результаты психометрического обследования были неполными.

Возможно, из-за объединения данных из групп темнокожих и представителей этнических меньшинств не удалось выявить различия между этими группами.

Выборка, возможно, не была репрезентативной, при этом отмечался избыточный отбор несовершеннолетних правонарушителей женского пола.

ВЫРАЖЕНИЕ БЛАГОДАРНОСТИ

Мы благодарим подростков, которые согласились участвовать в этом длительном исследовании. Также мы благодарим персонал бригад по работе с несовершеннолетними правонарушителями, учреждений с режимом изоляции, а также детских и подростковых специалистов психиатрического профиля, оказывавших помощь этим пациентам, за их поддержку и интерес к нашему исследованию. И наконец, особая дань уважения профессору Richard Harrington, умершему в мае 2004, который был движущей силой этого исследования. Его труд, его энтузиазм и руководство продолжают вдохновлять всех нас. Нам очень сильно его недостает.

ЛИТЕРАТУРА

Barrett, B., Byford, S., Chitsabesan, P., et al (2006) Mental health provision for young offenders: service use and cost. British Journal of Psychiatry, 188, 541–546.

Callaghan, J., Pace, F., Young, B., et al (2003) Primary mental health workers within youth offending teams: a new service model. Journal of Adolescence, 26, 185–199.

Department of Health (2004) Getting the Right Start: National Service Framework for Children. London: TSO (The Stationery Office).

Gardner, M. J. & Altman, D. A. (1989) Statistics with Confidence: Confidence Intervals and Statistical Guidelines. London: BMJ Books.

Harrington, R. C., Kerfoot, M. & Verduyn,C. (1999) Developing needs-led child and adolescent mental health services: issues and prospects. European Journal of Child Psychiatry, 8, 1–10.

Harrington, R. C., Kroll, L., Rothwell, J., et al (2004) Psychosocial needs of boys in secure care for serious or persistent offending. Journal of Child Psychology and Psychiatry, 45, 1–8.

Henry, B. & Moffitt, T. E. (1997) Neuropsychological and neuroimaging studies of juvenile delinquency and adult criminal behaviour. In Handbook of Antisocial Behaviour (eds D. Stoff, J. Breiling & J. D. Maser), pp. 280–288. New York: Wiley.

Home Office (1992) Race and the Criminal Justice System. London: HMSO.

Kingdon, D. (1994) Making care programming work. Advances in Psychiatric Treatment, 1, 41–46.

Kroll, L.,Woodham, A., Rothwell, J., et al (1999) Reliability of the Salford Needs Assessment Schedule for Adolescents. Psychological Medicine, 29, 891 –902.

Kroll, L., Rothwell, J., Bradley, D., et al (2002) Mental health needs of boys in secure care for serious or persistent offending: a prospective, longitudinal study. Lancet, 359, 1975–1979.

Lader, D., Singleton, N. & Meltzer, H. (2000) Psychiatric Morbidity among Young Offenders in England and Wales. London: Office for National Statistics.

Little, M. & Bullock, R. (2004) Administrative frameworks and services for very difficult adolescents in England. In Adolescent Forensic Psychiatry (eds S. Bailey & M. Dolan), pp. 336–344. London: Hodder/Arnold.

Machin, D. & Campbell, M. (1987) Statistical Tables for the Design of Clinical Trials. Oxford: Blackwell Scientific.

Psychological Corporation (1992) Wechsler Objective Reading Dimensions. London: Harvant & Bruce.

Psychological Corporation (1999) Wechsler Abbreviated Scale of Intelligence. London: Harvant & Bruce.

Teplin, L. A., Abram, K. M., McCelland, G. M., et al (2002) Psychiatric disorders in youth in juvenile detention. Archives of General Psychiatry, 59, 1133–1143.

Timmons-Mitchell, J., Brown, C., Schulz, C., et al (1997) Comparing the mental health needs of female and male incarcerated juvenile delinquents. Behavioural Sciences and the Law, 15, 195–202.

Youth Justice Board (2004) National Standards for Youth Justice Services. London: Youth Justice Board.

Youth Justice Board (2005) Effectiveness of Mental Health Provision for Young Offenders in Custody and the Community. London: Youth Justice Board.

Youth Justice Board Conference (2004) Young Offenders and Mental Health Needs. London: Youth Justice Board.

Prathiba Chitsabesan, MRCPsych, University Department of Child and Adolescent Psychiatry, Manchester; Leo Kroll, MRCPsych; Central Manchester and Manchester Children’s University Hospital, Manchester; Sue Bailey, FRCPsych; University of Central Lancashire, Preston; Cassandra Kenning, MSc and Stephanie Sneider, MSc, University Department of Child and Adolescent Psychiatry, Manchester; Wendy MacDonald, PhD; University Department of Primary Mental Health, Manchester; Louise Theodosiou, MRCPsych; Central Manchester and Manchester Children’s University Hospitals, Manchester, UK


На главную страницу Поиск Оставить комментарий к статье

Copyright © 1998-2007. Обзор современной психиатрии. Все права сохранены.